– Может, не стоит пока высовываться из леса? – спросил он – Нас ведь шестеро верхами, трудно остаться незамеченными, – Так ведь нас, парень, и замечать-то некому, покуда мы держимся в стороне от Северного Тракта, – возразил мастер ал'Тор. – Близ леса почти все фермы заброшены. И кроме того, нынче даже на соседнюю ферму никто не поедет в одиночку, так что теперь и десять человек увидеть не диво. Правда, наши предпочитают ездить не верхом, а на подводах – ежели вообще ездят.
– Даже не прячась по лесам, мы только-только поспеем к Сторожевому Холму до темноты, – сказал мастер Коутон. – По дороге было бы чуток быстрее, но там запросто можно нарваться на патруль Белоплащников. Тэм кивнул:
– Зато на этом пути нам встретятся друзья. Около полудня можно будет остановиться на ферме Джака ал'Сина. Пусть лошадки отдохнут, да и сами ноги разомнем. Ехать-то придется, пока хватит света, чтобы видеть дорогу.
– Ну, света-то хватит, – рассеянно откликнулся Перрин. Ему света всегда было достаточно. Он обернулся назад и присмотрелся к заброшенным фермерским домам. Заброшенным, но не сожженным и, насколько он мог видеть, не разграбленным. Окна и те не были разбиты, в некоторых даже занавески висели. Троллоки обычно жгли и крушили все подряд, а пустые дома словно сами напрашивались на разгром. Поля заросли сорняками, но и они не были вытоптаны.
– А на Эмондов Луг троллоки нападали? – спросил Перрин.
– Нет, туда они не совались, – с довольным видом отозвался мастер Коутон, – и помяни мое слово, коли бы сунулись, им бы задали жару. После той Ночи Зимы люди привыкли держаться настороже. Теперь в каждом доме держат луки, копья и прочее оружие. Кроме того, патрули Белоплащников наведываются в Эмондов Луг каждые несколько дней. И, хотя это и неприятно признавать, троллоков они отпугивают.
Перрин покачал головой.
– А вы хоть знаете, сколько сейчас троллоков в Двуречье?
– Всяко больше, чем надо, – хмыкнул Абелл.
– Пожалуй, сотни две, – сказал Тэм. – А может, и больше. Наверняка больше.
У мастера Коутона удивленно поднялись брови.
– А как же иначе, Абелл? Сам подумай. Я уж не знаю, сколько их перебили Белоплащники, но только Айз Седай со Стражами убили около пяти десятков, да еще и двух Исчезающих. А число поджогов от этого не уменьшилось. Вот и выходит, что их никак не меньше двух сотен.
Абелл удрученно кивнул.
– Так почему же они до сих пор не обрушились на Эмондов Луг? – спросил Перрин. – Да заявись ночью сотни две-три, они могли бы спалить всю деревню и удрать задолго до того, как о набеге прознали бы в Сторожевом Холме. Ну а еще проще им было бы нагрянуть в Дивен Райд. Вы вроде говорили, что Белоплащники дотуда не доезжают.
– Простое везение, – пробормотал Абелл, но в голосе его слышалось беспокойство, – везение, вот и все. Нам повезло, а как же иначе? А ты, паренек, к чему клонишь?
– Он хочет сказать, – произнесла, подъехав поближе, Фэйли, – что на все это должна быть причина. – Ласточка была гораздо выше двуреченских лошадок, и потому девушка смотрела Тэму и Абеллу прямо в глаза. Взгляд ее был тверд. – В Салдэйе мне доводилось видеть, что оставляют после себя троллоки. Они жгут и громят все, что не могут утащить с собой. Порой целые селения исчезают с лица земли. И они – троллоки – всегда выискивают слабое место. Мой отец… – Она осеклась, вздохнула и продолжила:
– Перрин верно приметил все, на что стоило бы обратить внимание вам. – Девушка посмотрела на него с улыбкой. – Если троллоки не трогают деревню, значит, на то есть веская причина.
– Я думал об этом, – спокойно сказал Тэм, – но в чем дело, так и не понял. А пока мы не знаем ответа, можно считать и это везением.
– А вдруг это ловушка? – предположила подъехавшая к ним Верин.
Томас по-прежнему держался чуть позади. Ничто не могло укрыться от пристального взгляда его темных глаз. Посматривал он и на небо – не появятся ли вороны.
Верин, почти не задерживаясь, скользнула глазами по Перрину и обратилась к его старшим землякам:
– Вести о непрекращающихся бедах, о набегах троллоков – если, конечно. Чада позволят им просочиться сквозь свои кордоны – неизбежно привлекут внимание к Двуречью. Андор непременно пошлет солдат, и подозреваю, гвардейцы королевы Моргейз не придут в восторг, обнаружив, что Белоплащников на андорской земле еще больше, чем троллоков. – Выходит, будет война, – пробормотал Абелл. – То, что творится сейчас, уже само по себе худо, но все-таки это еще не война.
– Может, и так, – согласилась Верин, – дело идет к тому.
С видом чрезвычайно занятого человека она достала стальное перо, маленькую книжицу в матерчатом переплете, открыла прикрепленную к поясу шкатулочку, где хранила чернильницу и коробочку с песком. Рассеянно вытерев перо о рукав, Айз Седай принялась что-то писать, хотя делать это, сидя в седле, было не слишком удобно. Похоже, она даже не заметила, какое беспокойство вызвали ее слова. Может, и вправду не заметила?
– Война, надо же, – продолжал бормотать себе под нос Коутон.
Фэйли положила ладонь на руку Перрина. Вид у нее был невеселый.
