— Я сейчас, — он поднялся и на недоуменный вопрос Савчука пояснил. — Хочу проверить кое-что.
Выйдя из подлеска, представлявшего собой мешанину хвойных и лиственничных деревьев, Никита первым делом активировал «ночной глаз», позволявший ему фильтровать аурные следы. Так и есть. Слабо светящиеся полосы, изгибающиеся словно черви, тянулись между холмами и терялись между ними. Дальше не позволяло видеть банальное расстояние. По теоретическим раскладам опасные маркеры должны рассыпаться через четыре-пять часов. До рассвета два часа. Докидываем еще два часа на раскачку. Должны исчезнуть.
С наступлением тихого утра окрестности оживились. Запели голосистые птички, где-то рявкал неведомый зверь. Вдали протарахтел мотором какой-то транспорт. Диверсанты капитана Савчука уже давно встали и готовили для себя схроны. Каждый из них знал, что делать в таких случаях. Подручные средства в лесу позволяли превратиться в тех самых «невидимок». Пройди мимо маленького мшистого холмика с опутавшим его кустарником — не догадаешься, что под ним лежит человек.
В гарнитурах раздалось два двойных щелчка. Дозор предупреждал о приближении нежелательных гостей. Вмиг поляна, где расположились бойцы, опустела. Никита не проходил специальную подготовку по маскировке объекта, но ему хватило времени активировать «скрыт».
Между деревьев мелькнула фигура человека в обычной гражданской одежде. Волхв его хорошо разглядел. Невысокий старик в потертой джинсовой куртке и холщовых штанах куда-то деловито шагал по своим делам. За широким поясом, охватывающим куртку, висел топор. Видать, неподалеку находится деревня. Вот и промышляет старикан хворостом. Валежника здесь хватает.
Обратно старик шел по той же дорожке, груженный сушняком. Ступал тяжело, даже по промокшей от пота рубахе было видно, как устал местный крестьянин. За все время, пока группа пряталась в лесу, дозорные отмечали интенсивное движение по краю леса. Неподалеку пролегала асфальтированная трасса, по которой проскочила колонна военной техники. И вся она направлялась в Цитайхэ. Судя по эмблемам на некоторых грузовиках и броневой технике, вместе с китайцами перемещался международный наблюдательный контингент.
Как только окончательно стемнело, Савчук дал команду на выдвижение. Маршрут уже был проложен, ближние окрестности разведаны с помощью бинокля, намечена задача за ночь пройти тридцать километров.
Местность заметно понижалась. Пологая равнина уходила в низину, где протекала река с мудреным китайским названием. Сама по себе она была неказистой, мелкой, даже рекой назвать было нельзя. Ручеек с грязновато-желтой от лессовой почвы пересекал путь группе. Быстро перешли его. И где-то на середине пути до контрольной отметки с намеченным отдыхом, они напоролись на группу неизвестных, которым тоже почему-то понадобилось путешествовать под ночным небом.
Так бывает на войне. Обе противоборствующие стороны частенько шастают через линию фронта. «Языка» прихватить, разведать позиции, отметить огневые точки. Но это на войне. А здесь, в глубоком и спокойном китайском тылу, в стране, которая вообще не воюет в данный момент, а только показывает свои клыки соседям, «невидимки» столкнулись с отрядом, как раз шедшим в сторону Цитайхэ. Кто это был, сначала не разобрались. Потому что сразу пришлось вступать в бой.
Первым отреагировал дозор. Он успел простучать в гарнитуру условную дробь: «контакт с противником». Местность, где произошло столкновение, не давало возможности увернуться или спрятаться. Узкая лощина, по которой шли «невидимки», привлекла неизвестную группу тоже. Два отряда лоб в лоб столкнулись на узком пятачке. И сразу же началось столпотворение. Как в такой мешанине определить своего или чужого — непонятно. Но лейтенант Лазарев уже вступил в контакт с высокой долговязой фигурой, прорычавшей что-то непонятное. Он подсек своего оппонента и выкрутил у него из руки нож. Короткий удар рукоятью по виску — один готов.
Кругом развернулась ожесточенная драка на ножах. Злое пыхтение, удары, короткие матерки и незнакомая речь, схожая с китайской. Даже не зная языка, Никита уловил знакомые фразы, которые никак не могли сказать местные. Частенько так разговаривали хунхузы. Слишком специфическая речь со своими сложными оборотами.
Внезапно местность осветилась фиолетовыми вспышками. Магический фон, который каждый чародей может легко ощутить, мгновенно скакнул вверх, неприятно сдавливая полевую структуру ауры.
Ах ты ж, падла! У противника в группе оказался маг! Никита отпрыгнул в сторону, пропуская мимо себя фигуру с блеснувшим в руке клинком, и не рассчитывая силу удара, тыкнул в шею двумя пальцами.
