Восхождение полностью

Залитый кровью воющий оборотень вдруг махнул левой лапой и почти достал паренька. Но именно этим ударом его несколько раз обезоруживал наставник, так что новостью для Сашки он не был. Змеей метнулась катана, вой оборвался, переходя в жалкое бульканье.

…Сашка стоял, переводя дух, когда к нему подошел наставник. Несильно хлопнул по спине:

— Молодец. Я никогда не ошибаюсь, не ошибся и теперь. — Он уже повернулся, чтобы уйти, но вдруг передумал. — Меня зовут Тень…

На следующий день, когда Сашка стоял под утренним холодным душем, неожиданно распахнулась дверь:

— Эй, Бука. Хорош нежиться — не девка. Пошли купаться…

Тень и Бука пробежались совсем немного — километра три, когда перед ними вдруг возникла река, покрытая тонким ранним ледком. Не снижая темпа, Тень принялся раздеваться на бегу. Сашка уже понял, к чему все идет, и последовал примеру наставника…

В реку они влетели, кроша вокруг себя лед, и тут же Тень без всякого предупреждения атаковал своего воспитанника. Через полминуты, вытащив полузахлебнувшегося оглушенного Сашку из воды и растирая его сухим шершавым полотенцем, Тень наставительно произнес:

— Будь всегда готов. Не расслабляйся, даже когда спишь. Даже если спишь с женщиной. Только тогда ты останешься жив. Всегда…

…Жизнь покатилась по накатанной колее. Через два месяца нас развели каждого по своей комнате, и мы стали видеться значительно реже. Можно считать — почти совсем не виделись. Вся жизнь теперь сконцентрировалась в наставнике — Тени. Он — действительно тень. Вот сейчас его нет — и внезапно он появляется, совершенно ниоткуда. Я начинаю привыкать к тому, что если действительно будет тяжело — Тень вдруг появится и — нет, разумеется, не бросится объяснять или выручать, — но обязательно сделает что-то, что поможет разобраться.

А еще Тень в любой момент может напасть. И если ты, не дай бог, прозевал момент нападения — пиши пропало! Не далее как позавчера еле-еле удалось отбиться — только не смейтесь — миской с борщом. Горячее густое варево, запущенное в физиономию нападающего ударом кулака по краю миски, на мгновение ослепило его, чуть сбило атаку, а уж дальше все пошло как по маслу: удар, уход, краем миски — в висок. Не попал, конечно, но скупую похвалу за нестандартное решение заработал…

…Тень усмехнулся, отставил в сторону смятую металлическую миску.

— Твой самурай научил? — И увидев, что Сашка как-то напрягся, продолжил: — Да нет, все правильно. «Оружием самурая может стать все, до чего тот в состоянии дотянуться»…

Он странно засмеялся, словно кто-то встряхнул жестяную банку, наполненную разнокалиберными железяками.

— Тень, а ты его хорошо знаешь?

— Виделись. Раза два. Первый — когда я его брал, второй — когда секту одну в Японии гоняли…

— Ты его брал? — Сашка не поверил своим ушам. — Зачем, он же наш?!.

— Ну да, теперь — наш. — Тень досадливо поморщился. — А тогда он в Токуму Кикан [12] подвизался. К нам шел…

— Когда «тогда»? — спросил Сашка, уже холодея от ожидаемого ответа.

— Когда? Да, в тридцать втором это вроде было… или… нет, в тридцать третьем. Точно, в тридцать третьем… — Тень задумчиво прикрыл глаза и уточнил: — В тысяча девятьсот тридцать третьем. Меня тогда в один из погранотрядов перевели. Ну, вот и встретились…

Наставник посмотрел на замершего Сашку, потрепал его по плечу:

— В эту ночь решили самураи перейти границу у реки. Но мы их взяли. А твоего Теруо пришлось пятнадцать кэмэ по тайге гнать. — Тень «вытек» из-за стола и встал со скамейки. — А когда догнал, он на меня с железкой полез. Они, японцы, всегда так: то с голой пяткой против шашки, то с шашкой — против пулемета…

— А вы?..

— А что я? От катаны его увернулся и показал ему, как прикладом «дегтяря» с одного раза в нирвану отправляют. Он, голубчик, у меня только к вечеру очухался… А что это ты у меня, Бука, расселся? Ножки не держат? Так тренировать надо. Бегом марш!..

…Каждый день и почти каждую ночь шли бесконечные, на пределе возможного тренировки. И каждый день Сашка, падая в кровать, мечтал о том, что когда-то все ЭТО закончится.