Вместо ответа Савчук жестом полководца показал на экскаватор.
– Тогда и Мишина с собой возьмите. Я не хочу сразу же раскрывать свои козыри, – решил молодой волхв.
Промзона находилась на другом конце города, и связь по внутренней гарнитуре перестала работать. Просчитав и такой вариант, Никита с Савчуком решили закупить дешевые мобильные аппараты и с их помощью поддерживать связь между группами.
Контрразведчики, правда, предупредили Никиту, что любой разговор по сотовой связи записывается и анализируется по ключевым словам. Комитет безопасности Китая разработал алгоритм, способный вычленять из сотен звонков самые перспективные для оперативной разработки. А русская речь берется на контроль. Переговоры, даже короткие, сразу заинтересуют местную разведку. Поэтому вместо разговоров будут использоваться английские кодовые фразы, каждая из которых имела свой смысл. Даже таблицу составили и отработали устно, чтобы не запутаться.
Колосников связался с Никитой около семи часов вечера.
– Партнеры договорились о встрече, – коротко сказал он и отключился. Это означало, что Хазарин выехал из лагеря и направляется домой. Оставшаяся в городе группа перешла в режим ожидания. Лишай и Крот сидят в засаде, а Ваня Стецко и волхв едут сейчас за Ломакиным.
– По коням, господа! – Никита почувствовал возбуждение, к которому примешивались нотки страха. Да, он боялся. Потому что был адекватным человеком и понимал, с кем придется столкнуться. Хазарин ни за что не даст себя депортировать в Россию, а значит, будет драться насмерть. В принципе, такой подход Никиту устраивал. Слово, данное великому князю, всегда можно аннулировать в связи со смертью данного субъекта. Странно, что Никита не подумал о возможности своей гибели. Он вообще не допускал такого варианта.
– Никита, а если Ломакина просто грохнуть? – капитан Савчук словно прочитал мысли молодого помощника. Он видел состояние парня, от которого зависел исход операции. – Один точный выстрел я обеспечу. Завалим – и ходу. Я слышал разговоры, какой он сильный волхв. Зачем рисковать людьми и собой?
– В том-то и дело, что обычной пулей его не взять. Маги не ходят на опасные встречи без защиты, – невесело усмехнулся Никита.
Снова запиликал телефон. Колосников предупредил, что Хазарин заехал домой, пробыл там полтора часа и на темно-синем «даймлере» отбыл вместе с тремя китайцами в неизвестном направлении. В двадцать ноль-ноль Лишай и Крот проникнут в дом Ломакина и проведут там обыск.
– У него трое помощников, – закончив «чтение» сообщения, Никита выскочил в реальность. – Полагаю, это и есть его ученики-даосы. Едут сюда.
Пустырь окутался мягкими сумерками. Брошенный рабочими бульдозер, за которым укрылся Савчук с помощниками, длинная стена склада, ограждающая клочок земли от любопытных глаз, показались Никите чем-то сюрреалистичным, уже пройденным в его жизни моментом. Поежившись от прохладного ветра, налетевшего с северных холмов, он не стал никуда уходить, а так и стоял посреди площадки, затолкав руки в карманы куртки. Один, сигнализируя тем самым о своих намерениях. Разве не этого момента он ждал два года? Отступник должен понять, что отсюда уйдет только один. Не будет Никита передавать Ломакина в руки императора. Никто не понимает, как опасен Хазарин.
Пустырь осветился фарами подъезжающего автомобиля. «Даймлер» переваливался на невидимых рытвинах, недовольно урчал, когда скреб днищем траву. Наконец, он заехал на площадку, описал полукруг и остановился напротив Никиты в тридцати-сорока шагах от него. Фары мигнули, переключившись на ближний свет. Двигатель, пророкотав напоследок, заглох. И сразу стало тихо.
Никита уже знал, что в доме Хазарина Шута и Мотора не было. Обхитрил его господин Ломакин, просчитал вариант с проникновением. Ну что ж, на войне всегда будут потери. Никуда не деться от суровой прозы жизни.
Темная фигура встала напротив машины, не загораживая свет. Все правильно. Противник должен находиться в невыгодном положении. Никита сознательно не стал уходить в сторону. Щиты выставлены, боевые модули активированы, все нужные скрипты настроены на мгновенное раскрытие.
– Похвально, Никита Анатольевич, – первым заговорил Хазарин. – Я не ошибся в твоем стремлении спасти друзей. Они же друзья тебе, ведь так? Не знаю, каким образом тебе удалось незаметно добраться до Цитайхэ, не привлекая внимания местных властей, но впечатляет. Впрочем, для готового иерарха это совсем не трудно.
– Использовал паспорт трудового иммигранта, – усмехнулся Никита, не вынимая из карманов куртки руки. – Знаете, господин Ломакин, есть такая опция для соседних стран. Китайцы частенько пользуются дешевым трудом корейцев и маньчжур.
– Наверное, личину наложил, – охотно отозвался Хазарин, как будто хотел поговорить. – Впрочем, плевать. Ты хотел меня видеть – я перед тобой, мальчик. Какие претензии ко мне? Я душевно разговаривал с твоими людьми, и они утверждают, что ты приложил немало усилий, чтобы встретиться со мной.
– Где они? Может, для начала вы отпустите их?
