Жонг быстро перевел сказанное, а Никита с нарастающей тревогой смотрел на лицо хозяина семьи. Старик недоволен, хоть и скрывает свои эмоции под корой своих морщин. Несколько секунд в комнате висело молчание. Потом старшие обменялись репликами, покивали, придя к какому-то согласию.
Жонг выслушал длинную речь и, немного волнуясь, перевел ее Никите:
– Большой брат понимает твои чувства, Ник. Быть далеко от семьи, которая остается в неведении, – тяжелая доля. Но мы вынуждены пока удержать тебя здесь. После происшествия в Цитайхэ на всем севере Китая введен комендантский час. По всем телеканалам идет информация о русском маге, который проник на территорию страны. За твою голову назначена большая награда, и мы боимся, что тебя кто-то опознает и сдаст властям.
– А вы? – Никита осушил бокал с водой, чувствуя поднимающуюся в груди злость. Парни играли нечисто и умело подводили к какой-то сделке. Не согласишься – сдадут контрразведке. – Неужели решили спасти русского мага, отказавшись от большой награды?
– Хун Мэнь не играет с властями по их правилам, – жестко ответил Жонг. – Мы чтим традиции своих предков, их правила и устав, данный раз и навсегда. Если у нас есть к тебе предложение, значит, мы уверены, что ты, Ник, принесешь пользу именно нам, а не станешь разменной монетой в международной политике.
– Хун Мэнь? – наморщил лоб Никита, лихорадочно выискивая в запыленных комнатах свой памяти что-либо, связанное с этим названием. – Не понимаю.
– На Западе и в России нас называют триадой, – усмехнулся Жонг.
– А-а-а! – протянул Никита, сразу все поняв. Что ж, нечто такое он и предполагал. Слишком много факторов, указывающих на иерархическое распределение своих обязанностей в семье. И Большой брат – глава Семьи, то бишь клана – самый яркий намек на это.
– Но Триада не имеет централизованного руководства, – решил кое-что выяснить Никита.
– Это общее название, только и всего, – Жонг поднял руку, и оба слуги поменяли бокалы. А в пустые налили красного вина. – В жизни все гораздо сложнее. Триада уже не имеет общих целей, озвученных две тысячи лет назад. Теперь Китаем правят кланы, выросшие из триады. Мы – Небесные Драконы. И очень влиятельная Семья, одна из десяти, имеющих вес во всех слоях общества. Ты можешь подумать о нас, что мы преступная группировка, мафия – так говорят на Западе? – но все не так просто. В первую очередь коррупции подвержены высшие чиновники власти, за ними – прослойка из военных, адвокатов и юристов, подчиняющихся аристократам. Нелегко вести бизнес, когда все кругом продается и покупается. Семья должна иметь защиту. Я прав, Ник?
– Не буду отрицать, – Никита отпил из бокала, краем глаза заметив, как толстяк Джинхэй уже уполовинил свою посудину. Скучает, бедолага. Вино, в самом деле, было неплохим. – Мне трудно судить о ваших традициях и предпочтениях. Если вы считаете, что клан – наилучший способ сохранить бизнес и семью… то это оправданно. Но ведь есть и аристократические кланы, правильно?
– Да, Ник, ты абсолютно точно указал на больную проблему нашего общества, – Жонг, по ощущениям Никиты, оседлал своего любимого конька. Позже, когда он узнал место Жонга в иерархии клана, подивился своей точной оценке говорливости светлокожего азиата. – Аристократы и есть верхушка продажной системы. А еще они имеют наглость указывать свободному предпринимателю, фермеру или крестьянину место на кастовой лестнице.
– Кастовость, кажется, у индусов, – заметил Никита, лихорадочно обдумывая ситуацию, в которую попал. Выходит, сейчас ему не стоит дергаться и выправлять ситуацию, чтобы вернуться в Россию. Надо еще проверить, на самом ли деле его ищет местная контрразведка. Клановые могут приврать для красного словца.
– Индусы, – фыркнул Жонг. – Несчастный народ, задавленный своей аристократией. Здесь такое не пройдет. Если надо, триада вспомнит, ради чего создавалась. Мало не покажется.
– Получается, у вас конфликт интересов только с аристо? А как с другими Семьями? Вы не враждуете с ними, или же существуют конфликтные точки?
– Небесные Драконы имеют как друзей, так и врагов, – кивнул Жонг. – Тебе будет полезно знать их в лицо.
– Почему? – поинтересовался Никита. – Вы имеете на меня планы?
Жонг повернулся к старикам и стал консультироваться. Иначе бурную беседу, в которую втянулись все пятеро, назвать было нельзя. Спорили долго, махали руками. Даос, недовольный происходящим, первый вскочил на ноги и стремительно зашагал к выходу. Слуга, дежуривший возле двери, едва успел распахнуть ее.
Китайцы, наконец, угомонились.
– Ник, серьезный разговор у нас еще будет, а пока тебе стоит пойти обратно в свою комнату, – повернулся к нему Жонг. – Если у тебя есть просьбы – говори.
– Телевизор в комнату, телефон, журналы на русском языке, если можно, – Никита пожал плечами. А что ему еще нужно? – Вспомнил! И возможность выходить на улицу тренироваться. Мне нужно поддерживать физическую форму.
