Мелкий, примерно мне до пояса мохнатый… бурундук с безумно радостным оскалом бросал в меня еще одну прыгучую бомбу. От вида этого супера хотелось протереть глаза и проснуться от этого безумного сюрреализма, но к счастью диск света ударной волной отправил технарскую взрывчатку обратно в создателя, обратив того в ледяную статую. К счастью или к сожалению, на этом ничего не кончилось. Только я успела доломать сковывающую меня глыбу, как увидела трехметрового в высоту и двух в ширину с непропорционально раздутой мышечной массой фиолетового Бугая в медицинском халате, что с диким криком швырнул старую, ржавую в засохших кровоподтеках и гное хирургическую пилу с такой силой, что с одного удара снес дефлекторный щит на Страшиле.
— Л-л-епестричество пол-л-леззно для моз-з-зга! — врубив устройства на плечах закричал содрогающийся от шока силач, полезая обниматься и лобызаться с биокинетиком.
Равнодушный к собственным ранам Бугай стремительно сближается с таким же Бугаем, но уже курильщика, после чего одним ударом отсекает тому руку с новой пилой. Отскочив назад «доктор» вколол себе в шею какую-то странную булькающую субстанцию (жидкостью это язык не повернется назвать) после чего раздулся до четырех и трех метров соответственно, а отрубленная по локоть рука начала стремительно отрастать. Освободившись из ледяного плена я наконец смогла бросить фантомные диски, что не встречая сопротивления отрубили Бугаю курильщика всё выступающее, а прилетевший следом еще один диск взорвался накладывая на труп максимально возможный стазис. Некрасиво получится, если эта субстанция имеет четко установленный временной эффект который истечет до того, как Эми сможет до него докопаться.
Именно в этот момент произошло сразу три события: из полуразрушенной канализации на Эми налетел поток зеленой слизи, что сходу проломив дефлекторный щит обвился вокруг выставленного мной на инстинктах щита из твердого света. Огромный, уже знакомый мне серый волк на чудовищной скорости налетел на Стращилу и начал его рвать, а из невидимости выскочила прямоходящая человекоподобная горбатая крыса, начавшая из самодельного арбалета обстреливать меня склянками с ядом, от которого кожа начала медленно сползать.
Замедлив противника лучом света, я выстрелила в ответ сверхзвуковыми шипами, превращая грызуна в горку неаппетитного фарша, после чего обратила внимание на товарищей. Не смотря на прошедшие буквально пару секунд с начала столкновения, волк уже уверенно побеждал ушедшего в глухую оборону Бугая, а поток слизи обвился вокруг Панацеи начав планомерно разъедать той одежду и кожу кислотой. Не задумываясь о последствиях, мгновенно перекинула на целительницу все свои регенеративные силы, ощущая как уже давно знакомая ядовитая кровь начала стремительно перебарывать естественную регенерацию, разрушая тело на клеточном уровне.
Совершив усиленный толчком рывок я вогнала выросший из руки костяной клинок прямо в череп волка, отбрасывая того от Страшилы и давя гравитацией, ощущая столь необходимую сейчас прибавку к регенерации, после чего переместилась внутрь кислотной ванны, новыми щитами света разбрасывая слизь во все стороны.
— Как ты, Эми?! Регенерация тебе сейчас поможет! — подавляя вновь и вновь поднимающую голову панику прокричала я подруге.
— Не кричи я и так тебя плохо слышу, — прохрипела лишенная глаз и большей части кожного покрова Эми, благо моя чудовищная регенерация должна поставить ту на ноги максимум за пару минут. — было бы куда хуже, не успей я подавить болевые рецепторы, а теперь не мешай. — С этими словами она безошибочно подошла к ближайшей крупной кучке слизи и бесстрашно опустила в неё руку. Не успела я даже дернуться, как огромная капля начала к ней… Ластиться, словно любимый питомец?! — Хороший мальчик, а теперь соберись и прикрой меня от этого ядовитого смога! — Скомандовала Панацея и зеленая капля слизи будто живая втянула в себя ближайшие товарки, после чего окутала целительницу защищая от вредоносной окружающей среды.
— Эм-м… Чего? — каюсь, но более умных мыслей в этот момент у меня в голове не было.
— Пока он пытался меня растворить, я ощутила его аморфную клеточную структуру и стимулируя рецепторы окружающей среды чувствами счастья, радости и удовлетворения заставила перестать причинять мне вред. — пробулькала зеленая масса издавая звук очень отдаленно похожий на человеческую речь. — Даже столь простое действие удалось только за счет общей примитивности его разума, так что о подчинении кого-то со столь сложным мозгом, как у человека, пока определенно не может быть и речи.
— Ты уверена, что он больше не попытается причинить тебе вред? — задала я животрепещущий вопрос предпочтя проигнорировать оговорку о времени. Не с моим набором сил диктовать Панацее какой моральный облик она должна блюсти, а какой нет, да и так я скорее подруги лишусь нежели чего-то добьюсь Тем более она и так спасает десятки и десятки жизней каждый день, и может позволить себе хоть какую-то моральную разрядку, разве нет?
