— Пообещай, что завтра всё закончится и Селеста будет в безопасности. Пообещай, что даже если она будет сопротивляться, вы сделаете то, что задумали.
— Он обо всём узнает. Узнает, что ты допустил это.
Ник перевёл взгляд на Арта и увидел тень беспокойства, как если бы они оставались друзьями и восемь месяцев назад Ник не пытался его убить. Будто Арт знал, что одно его существование привело к случившемуся. Знал, что если бы проклятие сработало, если бы Селеста вылечила подводного короля, то Ктуул уснул бы на следующие сотни лет и мир остался бы цел.
— Это всё равно бы произошло. Ктуул слишком долго ждал, — отвечая на тайные мысли, сказал Ник. — Я готов к последствиям, — сухо добавил он, хотя внутри всё замерло.
— Тогда желаю удачи и прощай. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.
Кивнув, Ник вышел из леса, даже не оглянувшись. Он видел в отдалении несколько палаток, вокруг которых расположились ахийские твари. Каждая из них встрепенулась, заметив одинокого путника, движущегося прямо к ним. Над выжженной пустошью, недавно бывшей границей между землями Винцелей и эльфов, пронёсся тоскливый вой и уже через несколько минут его взяли в кольцо чёрные, безмолвные рабы Моры. А потом показалась и сама эльфийка, а рядом с ней Селеста и самая неожиданная предательница Ктуула. Его сестра.
* * *
— Удивительно, что они согласились обменять тебя на неё. Ты же их козырь против Ктуула. Он бы ни за что не напал на леса, пока ты там, — подозрительно говорила Мора, оглядывая его с ног до головы.
Её тянуло пощупать его, потрогать, залезть в голову избранника Ктуула и всё там переворошить. Ей казалось, что она сможет вскрыть его и сделать своим рабом. Но она останавливала себя, подозревая, насколько сокрушительно всё может пойти не так.
Поэтому затащив его в шатёр, она просто наворачивала вокруг него круги, напряжённо размышляя почему так быстро и так легко эльфы согласились его отдать. Видимо у них был какой-то план. Видимо, она что-то не учла.
— А как бы они меня удержали? — Ник с интересом оглядывал эбонитовую кожу Моры, отмечая её сходство с жителями жарких заокеанских пустынь, куда когда-то он забрался, пытаясь договориться о поставках интересной чёрной жижи, обладавшей уникальными свойствами.
Эльфийка была похожа на них, но при этом черты её лица остры как у лисицы, а глаза глубоки и черны, в них плескались фиолетовые отблески, как и у других детей Ктуула. Он всех помечал своим цветом.
Стоявшая поодаль Туула молчала, будто храня какой-то секрет. Она наматывала на палец длинную цепочку, на которой висела скрученная поделка из металла и облизывала губы, как бы намекая, что за всем стоит именно она. Невидимый кукловод, как и её братец.
— Со смертью Феликса они больше не могут удерживать меня. Им пришлось договариваться. И так уж вышло, что я ценю жизнь Селесты выше своей, — Ник повернул голову к той, ради который был готов пожертвовать всем.
Какой же крошечной и маленькой она ему показалась! Он отметил и разбитую губу, и синяки по всему телу, и наспех уложенные волосы, и платье с чужого плеча. Заметил, что она мелко дрожит, что она исхудала, а глаза запали как чёрные провалы. Заметил и то, с какой печалью девушка смотрит в ответ, будто говоря: «Ты не должен был так рисковать!» Должен был.
— Это их главный старик, да? Вовремя, значит им недолго осталось, — довольно кивнула Мора. — Ну что же, раз стены скоро падут, ты Селеста можешь отправляться валить на все четыре стороны. Хотя я бы рекомендовала остаться. То, что там скоро начнётся, тебе не понравится. Это будет смертельно, так что, если хочешь выжить — оставайся. Как знать, может тебе удастся пережить грядущее.
— Нет, я должна быть со своей семьёй, — отстранённо заявила Сэл. — Но, прежде чем я уйду, мне нужно поговорить с Ником.
— Этому не бывать, — легко пропела Мора, зло поглядывая на нас с Селестой. — Вам, голубкам, не стоит оставаться наедине. А то займётесь всякими шалостями. Начнёте переплетать заговоры, строить планы против меня. Уходи, пока я добрая. У меня сегодня хорошее настроение.
В тот же миг от стенки отделилась Туула и подошла к эльфийке сзади, обвивая за талию и что-то шепча на ухо. Она нежно прикусила мочку, и Ник заметил тонкую серебристую нить, опустившуюся между открытых грудей костюма Моры. Женщина вздохнула глубоко и приоткрыла рот, её глаза заволокло тонким туманом, и она расслабилась, будто отпуская невидимую пружинку.
— Хорошо… пусть поговорят…
И, больше не обращая на них внимание, Мора развернулась к Тууле, заговорщически подмигнувшей Нику, и впилась в её губы, увлекая за пределы шатра.
— Тебе не кажется, что Мора двигается как марионетка Туулы? — задумчиво протянул Ник.
— Да уж, быстро становится ясно, кто из них главная, — кивнула Селеста, а потом предложила сесть за столик.
Ник, изрядно оголодав за прошедшие дни и скудные приёмы пищи, с удовольствием накинулся на еду, и какое-то время только слушал краткий пересказ слов Туулы и Моры, не забывая вставлять комментарии и добавлять то, что знал сам.