— Только этой «рыцарской кавалерии» как раз сорок тысяч на все Семь Королевств и наберется. А ради далеких «конеёб*в», как их называют сиятельные лорды, никто объединятся не будет. — Заметил я. — Единственный шанс для Семи Королевств не окунутся в пучину очередной распри — если Старк сможет перехитрить всех в Королевской Гавани, а Баратеон наконец перестанет пить и волочиться за проститутками.
— То есть никогда. — Закончила за меня фразу Эйлис, тоже немного погрустневшая. Она всегда была более мирным и неконфликтным человеком, хоть ее родной дом и научил ее прекрасно это скрывать. Но концу мирных времен и началу нового конфликта она была совсем не рада. — И что ты планируешь делать?
— Пока не знаю. — Честно ответил я. — Несмотря на всех наших осведомителей, слишком мало у меня знаний о положении в Красном замке. Все же большинство его обитателей постоянно держат на своих лицах маски, и узнать их истинную суть без личного разговора почти невозможно.
— Ты собрался в Королевскую Гавань⁈ — Удивленно вскинула брови Эйлис, посмотрев на меня с легким шоком и неверием в глазах, так и не услышав мгновенного отказа. — Ты столько лет отказывался туда соваться, даже поклялся, что ноги твоей в этом гадюшнике не будет, а теперь ни с того, ни с сего решил туда наведаться. Что случилось, Феликс?
— Случилось это. — Сказал я, достав из ящика стола два письма, со сломанными печатями в виде пересмешника и солнца, пронзенного копьем. — Прочти сама.
Если бы меня спросили, кому я доверяю больше всего в этом мире, то я бы не задумываясь, ответил — моя жена, Эйлис. С этой женщиной за двадцать лет брака у меня сложились самые теплые и доверительные отношения. Нет, той самой «любви», которая пылала в молодых сердцах, вдохновляя мужчин на подвиги, а их избранниц часами сидеть у окна и ждать их, смотря на горизонт, между нами никогда не было. Слишком стар и опытен я был для таких чувств, а Эйлис, сама по себе была слишком прагматичная и спокойная, чтобы эмоции так легко брали над ней вверх. Но полное взаимное уважение, доверие, не остывшая страсть в постели, дети и простое желание сделать своего партнёра счастливым с лихвой ее заменяли.
Из-за этого у меня от нее почти не было секретов — она знала или легко могла узнать о всех моих тайных начинаниях и проектах, иногда помогая мне с ними или даже полностью беря на себя. Чудо, а не жена.
Хотя кое-что я ей все же не рассказал. О моем перерождении не знал никто в этом мире и не узнает никогда. Все же как бы я не старался окружить себя образованными и мудрыми людьми, они оставались людьми своего времени, с присущими ему недостатками. А становиться в их глазах посланцем Семерых, Демоном Пекла, Азор Ахаем, посланцем Льва Ночи на земле (нужное подчеркнуть) мне совсем не хотелось.
— Да Доран совсем совесть потерял! — Злобно крикнула Эйлис, быстро прочитав письма. — Он почти приказывает тебе ехать в Королевскую Гавань и побыть там для него разведчиком!
— Хоть ты немного и погорячилась, но я с тобой согласен. — Сказал я, задумчиво постукивая пальцами по столу. — К сожалению, как бы не хотелось показать норов и послать его за такие требования куда подальше, но сказать хоть что-то против я не могу. Как и мы, он все эти годы не сидел в Водных Садах и ничего не делал. Доран наращивал силы и объединял лордов Дорна под своей рукой. Уничтожение Айронвудов, недавнее отравление Вориана, помолвка Мирии и Квентина, дружба Аррона Кворгила с Оберином… По моему со времен войн с Таргариенами Дорн не был так един и силен. И если сейчас я хоть немного взбрыкну против Мартеллов, нашему дому не выжить.
— И что ты будешь делать? — Задумчиво спросила леди Темпер, пересев на мой рабочий стол и соблазнительно выгнув спинку, выставив вперед внушительные достоинства, с годами почти не ставшие хуже.
— Последую «приказу». Пока… — Обычным тоном сказал я, незаметно приподнявшись с кресла и, схватив пискнувшую жену за талию, усадил ее на колени, так чтобы ее макушка оказалась у меня под подбородком, позволив наслаждаться запахом ее волос. — Как я и говорил, скоро начнутся большие перемены и Доран с Оберином обязательно примут в них участие. Шансов ослабить, если не скинуть, поводок у нас будет достаточно.
— А письмо Мизинца… — Немного поерзав, спросила жена, будто бы случайно оголив плечико.
— Лишь прекрасный повод выполнить «просьбу» Мартелла. — Ответил я, одновременно поняв, что поработать сегодня у меня не выйдет. — Письмо Бейлиша — лучшее доказательство плачевности состояния Железного Трона.
— Он ведь просто просит тебя дать денег короне взамен на освобождение от таможенных льгот в столице и Чаячем городе на несколько лет. — Фразу сопровождал полный непонимания взгляд, дающий понять, что, не смотря на долгую жизнь в Вестеросе до конца понять местных лордов бывшей Белрой так и не удалось.
— Дорогая моя Эйлис. — Нежно прошептал я на мило заалевшее ушко волантийской красавицы. — Скажи мне, пожалуйста, кто является главными покровителями самого крупного и долгого раздола пьянства, разврата и кутежа во всех Семи Королевствах?
