— Атака на Поднебесье с целью занять Принцев перевал? — Вслух спросил я, читая сухие строчки отчетов, принесенные моим личным мастером над шептунами. — И инициаторами всего этого были Ланнистеры? Ничего удивительного. Избавились от самого опытного командира Тиреллов в столице, ослабили своих слишком возвысившихся союзников и нам «отомстили».
«И рыбку съели, и косточкой не подавились»
Но это не значит, что зная природу людей ты можешь знать все. Зачастую многие важные моменты остаются в тени и, зачастую, именно они кардинально меняют всю существующую картину.
— Серьезно? Чудом выживший Эйгон Таргариен, через подмену спасенный из Красного замка? Появившейся в Эссосе и ведущий свою армию в Миэрин, к родной тетке? — Слегка поднялись мои брови выражая немалое удивление, а в голове начал метаться хоровод идей и предположений. Я пытался понять мог ли в той ситуации хоть как то спастись младенец. И чем больше размышлял, тем сильнее утверждался во мнении, что объявившийся человек был самозванцем.
— Вы думаете это правда он? Спасшийся принц Эйгон? — Спросила у меня дорнийка, все это время стоявшая в углу моего кабинета и ждавшая пока ее донесения прочтут и отдадут приказы.
— Конечно нет. — Твердо и незамедлительно ответил я, переведя взгляд с бумаг на женщину. — Я сам видел его труп в тронном зале Красного замка семнадцать лет назад. В тот бред, что его подменили прямо перед убийством я не верю ни капли. Элия слишком сильно любила своих детей, чтобы оставить их одних в преддверии осады Королевской гавани, а не заметить подмены собственного ребенка может только слепая и глухая дура.
«Не говоря уже о том, что мои люди постоянно следили за ней и наверняка заметили бы бегающего туда-обратно человека со свертком в руках» — Уже про себя сказал я, не собираясь просвещать еще одного человека в интригу многолетней давности. Ведь что знают двое, знает и свинья. А кроме меня и Дорана в эту тайну посвящены как еще двенадцать человек — моя сестра Тея, Эйлис, двое сыновей и оставшиеся в живых с того времени восемь воинов, служащих элитными гвардейцами в моей охране. Нечего еще сильнее увеличивать число посвященных.
— Как скажете, милорд. — Смиренно поклонившись, ответила Амира. — Но что нам делать с самозванцем? Одна тень как раз находится в составе Золотого отряда и при небольшой подготовке сможет его устранить.
— Нет необходимости. — Слегка подумав, дал я отрицательный ответ. — Убить человека легко, но проблема после этого не решится. Сколько сейчас лет этому лже-Эйгону?
— На вид шестнадцать-семнадцать. Белые волосы и фиалковые глаза. Большего, к сожалению, выяснить не удалось. Тень не уделяла ему слишком много внимания, пока он был безымянным мальчишкой, а после объявления себя Таргариеном подойти к нему стало почти невозможно.
— Не важно. — Раздраженно махнул я рукой, не слишком переживая из-за незнания точно внешности самозванца. — Главное что он уже сформировавшийся юноша. И в случае его смерти у него может очень быстро появится тайная законная супруга, с новорожденным младенцем на руках. Он знамя, под которым костяк Золотого отряда, бывшие сторонники Таргариенов и просто всякие проходимцы могут попробовать забрать себе Вестерос.
— Не понимаю… — Задумчиво сказала Амира, вызвав мой слегка удивленный взгляд. — Почему именно самозванец, почти без гроша в кармане? Почему не Матерь Драконов? Нет никаких сомнений, что она законный Таргариен и кровь от крови Древней Валирии, имеющая законные права на трон. К тому же у нее есть целых три дракона и сильная армия Безупречных.
— Верная только ей. — Закончил я мысль за дорнийкой, которая не смотря на то что была прекрасной шпионкой, не слишком хорошо разбиралась в политике. Это было даже хорошо, ведь снижало вероятность появления у меня личного Вариса, контролировать которого не могли ни Таргариены, ни Баратеоны, ни Ланнистеры. — Есть две очень важные причины, почему сторонники лже-Эйгона не перейдут на сторону драконьей королевы. Первая — она уже давно показала, что не является безвольной куклой, вместо которой будут править ее советники, как было во времена ее отца. Скорее наоборот — ее воли, ума, красоты и харизмы хватит, чтобы взять в железный кулак даже такой змеятник, как королевский двор, стоит ей только занять Железный трон. А вторая причина довольно проста — она женщина.
На слегка расширенные в удивлении глаза, я лишь невольно усмехнулся, невольно поражаясь дорнийками, которые умудрялись жить по законам Дорна даже за его пределами.
— Железный трон никогда не занимала женщина. — Сказал я, но увидев как Амира открыла рот, чтобы меня поправить, продолжил. — Рейнира Таргариен просидела на Железном Троне всего полгода, сражаясь со своим братом Эйгоном II и его союзниками. И то, за ее недолгое правление, к ней прикрепилось очень говорящее прозвище, ставшее настоящим проклятием, для любой женщины пожелавшей сесть на трон.
