Мои корабли прибыли в гавань Солнечного копья сегодня утром, и уже в полдень из главной резиденции Мартеллов к нам поступило приглашение на приём. Пошли лишь я, с повешенным на спину двухметровым футляром из красного дерева, и Оберин, со своими дочерями Нимерией и Обарой. Дорнийский принц был так рад возвращению домой, что чуть ли не вприпрыжку шел по уже знакомым улочкам и проходам, под мои и Обары смешки.
Сам дворец Мартеллов больше всего напоминал мне химеру, сделанную руками двух различных архитекторов. И если в самом начале, когда наша небольшая компания пересекла главные ворота, она казалась извилистой, с витиеватыми узорами и украшениями, выточенными из камня и желтого мрамора, то на подходе к донжону стали все чаще попадаться идеально ровные коридоры, остроугольные амбразуры и старые даже на вид квадратные строения, свойственные больше архитектуре андалов, а не ройнаров. Смесь культур, произошедшая из-за Нимерии, до сих пор видна невооружённым взглядом.
Оберин привел нас в знаменитую Башню Солнца, соседствующую со своей сестрой-двойняшкой Башней Копья, из-за которой в древности Солнечное Копье и обрело свое нынешнее название. Увенчанная громадным куполом из хрусталя с позолотой из белого золота, вблизи она и вправду напоминала маленькое белое солнце, каким-то чудом оказавшееся так близко к земле.
Пройдя вслед за младшим дорнийским принцем еще несколько проемов наверх и, подвергнувшись очередной проверке на наличие оружия (один из этих дуболомов, с секирой, не уступавшей моей, даже попытался отнять футляр, но получил немного грубый словесный отказ в виде нескольких валирийских ругательств), вошли в гигантский солярий.
Освещаемый всеми цветами радуги, с помощью купола башни, и обставленный изысканой мебелью из самых дорогих пород дерева (я узнал квохорскую золотую сосну, застенный белый кедр и волантийское фруктовое дерево) и мрамора, кабинет Дорана Мартелла, как и любого Грандлорда, одним своим видом внушал своим посетителям, что хозяин этого места человек могущественный и не обделенный властью.
И это ощущение быстро испарилось, стоило Оберину пройти лишь пару шагов внутрь комнаты.
— Братец! — С громким криком в него влетела черноволосая хрупкая девушка, судя по всему бывшая Элией Мартелл — старшей сестрой Оберина, которую он просто обожал, и единственной принцессой Дорна. — Наконец-то ты вернулся!
— И вернулся надолго, сестренка! — Так же радостно сказал дорниец, закружил юлой девушку по залу, совершенно не обращая внимания на еще четырех присутствующих в солярии людей.
Самым старшим из них был тридцатилетний худой мужчина, одетый в простой белый халат, с солнечной вышивкой, и белую арафатку, полностью прикрывающую голову, оставляя открытым лишь лицо с добрыми карими глазами, прямым носом и небольшой щетиной, об которую с удовольствием терлась его дочь. Арианна Мартелл, пока единственный ребенок в своей семье, одетая в красивое оранжевое платьице, нежилась, сидя на коленях у своего отца — принца Дорана Мартелла. Уже сейчас я могу сказать, что будущая принцесса и правительница Дорна вырастет в невероятную красавицу. Прямо как ее мать.
Леди Мелларио, родившаяся в Норвосе и там же встретившая своего супруга, сидела в плетеном кресле рядом с принцем и внимательными глазами изучала нашу «веселую» компанию (особенно меня с Нимерией и Обарой, от стеснения спрятавшихся за моими ногами). Хотя я ее понимаю — ей было всего пятнадцать лет, когда она стала первой леди Дорна. Это произошло два года назад и из-за этого она не застала Оберина и не знает как с ним (и его детьми, за исключением Тиены, играющей в подушках в одном из углов солярия) себя вести.
— Кхм, Оберин, может поздороваешься с остальными? — Наконец сказал грандлорд Дорна, возвращая своего младшего брата на бренную землю.
Тот быстро выпустил из объятий сестру, которая немного покачиваясь, села в еще одно кресло, и подошел к Дорану, сделав шутливый поклон, а после к Мелларио, галантно поцеловав протянутую ручку.
— Старший брат, племянница. — Кивок в строну малышки, открывшей глаза и внимательно посмотревшей на незнакомого гостя. — Невестка. — Кивок, плавно перетекший в шутливый поясной поклон. — Источник вечно хорошего настроения, второй принц дорнийский, Красный змей и просто великолепный мужчина в самом расцвете (ты смотри, мои фразы уже ворует) вернулся домой. — И распрямившись, рассмеялся во все горло, поддерживаемый звонким смехом принцессы Элии и улыбками на лице грандлордской четы.
— Может, представишь нам своих спутников? — Продолжил разговор принц, видя, как его брат потянулся к стоящему на небольшой подставке кувшину с вином, а дочь слезла с колен и побежала к Обаре и Нимерии, все еще прятавшимся за моими ногами.
