— Зачем столько церемоний? — начала Мелида.
Но Рэна жестом заставила ее замолчать и потащила всех к столу. Там половник уже сам по себе разливал по тарелкам черепаховый суп.
Едва обед начался, как со стороны Артема обнаружилось другое неприличие: он понятия не имел, какой из десяти одинаковых вилок полагается брать устриц. Бедняга каждые пять минут ловил на себе осуждающие взгляды тещи.
— Похоже, вы слишком долго были в окопах, мой милый. Совсем позабыли манеры. Даже как-то не похоже, что вас воспитывали во дворце.
Ее глаза подозрительно зыркали, так что пришлось выкручиваться.
— Да, я действительно воюю вместе с солдатами.
— Неужели? — удивилась Рэна, — Это на вас не похоже…
— Людям нужна моя помощь. Я лично занимаюсь стратегией и помогаю нашим ребятам. Так что сейчас не до званых обедов.
Мелида с торжеством вскинула подбородок. Словно стараясь всеми силами показать презрение к обеду, устроенному матерью, и любовь к окопам.
— Вам же всегда было наплевать на солдат, — заметила Рэна.
— Это было в прошлом. Я изменился.
— Да уж, я вижу… Из принца в матросы. И по-прежнему обращаетесь с женой, как с нищей оборванкой с улицы. Уж я-то вижу!
Это было уже слишком.
Артем резко бросил салфетку на стол и вскочил на ноги.
— Может вы и развлекаетесь на балах, но мы здесь занимаемся войной! Мы оба. Я и моя жена. Нам не до светских церемоний. Спасибо за обед, но вынужден… это… откланяться! Если вы не против, я займусь и дальше военными делами.
С этими словами он вышел, хлопнув дверью и успев услышать ядовитое: “ну и манеры, то же мне генерал!”
Но, едва он скрылся, Рэна вдруг подсела ближе к дочери и зашептала ей, словно веселая подружка:
— Господи, милая, я не знаю, что ты с ним сделала, но твой муж стал настоящей находкой!
— Что? Ты же только что ругалась на него.
— Конечно! Чтобы не расслаблялся. Я же теща — работа у меня такая. Не будь он твоим мужем, я бы уже за ним приударила. Мало того, что красавчик, так теперь еще и ведет себя как взрослый мужчина… А теперь колись, что с тобой не так?
Мелида густо покраснела.
— В смысле? Ты же знаешь, у нас брак по расчету. Если ты опять про внуков, то…
— Да нет же, глупая! — нетерпеливо перебила Рэна, — Я про твои магические силы.
Девушка закусила губу и отвела взгляд.
— А что с ними? Все в порядке…
— Не ври матери! Твой дом выглядел как после бомбежки. При этом ты сама занялась уборкой, вместе со своей бестолковой горничной. И даже мужа не высушила. Хм, интересно, откуда он такой мокрый появился?.. Не суть! В общем, что-то случилось с твоей магией.
— Нет, тебе показалось. Я просто немного устала, закружилась. А сейчас я, пожалуй, пойду к себе полежу. Миори покажет тебе гостевую комнату.
Мелида поспешила к выходу. Завидуя Артему, которому удалось улизнуть так быстро и легко. Но дверь захлопнулась прямо перед ее носом. Мелида в ярости обернулась к матери, но та как ни в чем не бывало рассматривала свои длинные ноготки.
— Что случилось, дорогая? Это же самое простое заклинание. Ты легко сможешь его снять и открыть дверь.
Она улыбнулась с видом невинного младенца. Которого хочется придушить в колыбели…
— Я же сказала, что устала, — процедила сквозь зубы дочь.
— Ну все, последний шанс признаться.
Рэна вскинула руку. Из ее ладони вырвался яркий луч, который полетел прямо в сторону Мелиды.
— Хорошо! — выкрикнула та.
Девушка прекрасно знала, что мать не шутит. Рэна недаром считалась одной из самых жестких ведьм, несмотря на свою “мимишную” внешность и манерность.
Луч застыл прямо перед Мелидой и рассыпался дождем маленьких, сияющих звездочек. Они осели на пол и растаяли, словно снег.
— Ладно, ты права, — вздохнула Мелида, — Я отдала почти все свои силы.
— Что ты сделала? — Рэна даже вскочила на ноги, — И кому же ты их отдала, дуреха?
— Некромантам.
— Некромантам, — глухо повторила Рэна, медленно опускаясь обратно на стул.
— Чтобы воскресить Кеншина. У меня не было другого выхода.
— Значит, ты во второй раз предала свой магический род. Что же ты наделала…
— Выполняла свой долг. Я спасала не только жизнь Кеншина, но и жизни многих других.
— А я-то думала, слухи про его смерть — выдумка. Ты же понимаешь, что ты отрезала последние пути назад? Все колдуны тебя проклянут.
— Это еще не все, мама. Я осталась им должна. Возможно, именно ты сможешь мне помочь. Этой ночью мы устроим шабаш.
— Что? Ты собираешься вызвать всех ведьм на шабаш? Они сразу же убьют тебя!
— Пусть попробуют, — сузив глаза, тихо сказала Мелида.
От кипящей кастрюли исходил такой жар, что пришлось снять капюшон. По лицу некроманта пробегали жуткие волны разложения. Участки кожи то становились гниющей плотью, то вновь обретали здоровый вид.
