Красный круг над головой ведьмы трансформировался. Когда колдунья была совсем близко, круг окончательно превратился в дюжину острых красных лезвий. И все они понеслись прямо на Мелиду. Лезвия двигались необычно. Летели не просто по прямой, а зигзагами. Образовали целую сетку из смертоносного, подвижного оружия. Они мелькали так часто, что увернуться было невозможно. Мелида зажмурилась, ожидая, когда все они вонзятся в ее тело.
Но в последний момент перед Мелидой вдруг возникла черная пелена, похожая на тень. Такая бывает, когда солнце неожиданно заходит за тучу, и все погружается в полумрак. Лезвия налетели на эту тень и мгновенно растаяли. Мелида с удивлением открыла глаза. А тень уже успела развеяться.
Ведьма заверещала от ярости и обернулась к Рэне.
— Не вставай у меня на пути, Рэна! Не смей защищать ее!
Мелида во все глаза смотрела на мать. Кажется, та впервые пришла ей на помощь.
Рэна спокойно стояла в стороне. По ней вообще не было заметно, что она только что использовала очень сложные, древние чары. Мелида всегда поражалась, как легко и виртуозно колдует ее мать. Тут, нужно было признать, Рэна была неподражаема.
Мелида воспользовалась моментом, пока ведьма отвлеклась. Она схватила с земли железную сковородку и просто огрела ею противницу по голове. При этом на руке Мелиды остался только легкий ожог. Приятно, когда железо тебе больше не страшно. Можно не орать непристойным для леди матом, когда случайно схватилась за железную ручку двери.
Ведьма рухнула без сознания на землю. И вся ее кожа снова покраснела от прикосновения железа.
В это время остальные ведьмы с позором ретировались. Побоявшись вступать в открытый бой с Рэной или тоже получить железной посудой по башке.
— Бегите, мерзавки! — смеялась Рэна, издевательски помахивая ручкой с длинным маникюром.
А Мелида тем временем склонилась над пойманной ведьмой.
— Теперь ты мне все расскажешь, стерва!
Миори со смехом перевернулась на бок. В таком положении ее и без того огромная обнаженная грудь казалась еще больше. Она весело обхватила мускулистую руку Артема и прижала к себе. Под пальцами оказался приятный мужской антистресс в виде мягкой сиськи.
— Это было потрясающе, мой генерал! Как всегда. Хозяйка Мелида совсем не ценит своего счастья.
Теперь, когда все закончилось, Артем чувствовал отвращение к этой распутной девке. А при упоминании Мелиды стал раздражаться еще сильнее. И даже мужской антистресс не помог. Нахмурившись, он грубо вырвал свою руку и сел на постели, спиной к Миори.
— Тебе лучше уйти.
— Слушаюсь, мой господин!
Кажется, она вовсе не обиделась. Ну да, Кеншин ведь не маковый цветочек. Наверняка и похлеще обходился со своей любовницей. Так что Миори спокойно застегнула платье, поднялась на ноги, поправила прическу и направилась к двери. Тут она на секунду задержалась, чтобы отправить ему воздушный поцелуй. Который Артем увидел через отражение в зеркале. И только потом скрылась в коридоре.
Артем тяжело вздохнул и взъерошил волосы. Что-то он совсем запутался. Где он сам, а где Кеншин. Где его новое, непонятное чувство к Мелиде, а где обычная страсть. Он без году неделю в этом новом теле, а уже как-то успел совершить кучу ошибок.
— Лучше бы тот мудак за рулем задавил меня окончательно, — прошептал Артем, — Все бы только обрадовались. Что в том мире не знал, куда себя девать, что в этом. И зачем меня только воскресили и запрятали в эту груду мышц. Ведь я совсем не такой, как Кеншин.
Вдруг что-то толкнуло Артема в плечо. Он обернулся, но ничего не увидел. Толчок повторился и на этот раз сильнее. Ему даже пришлось встать с кровати. Артем начал понимать, что это его собственное тело совершает какие-то странные движения. Кто-то как будто толкал его в спину и ноги, вынуждая сделать шаг. Знакомые ощущения.
— Кеншин? — громко спросил Артем.
Ответа не было, но Артем и так знал, что это он. Кто же еще? Он ведь не беременяшка, чтобы кто-то толкался внутри него.
— Чего тебе надо? — снова спросил парень.
Толчки продолжались, и Артем решил подчиниться. Передвигая ноги неуклюжими рывками, он позволил довести себя до стола. На нем лежал роскошный письменный набор.
— А-а! Ты хочешь мне что-то написать?
Тело само заставило сесть за стол, взять бумагу и перо. Ух ты, впервые он собирается написать настоящим пером. Прикольно!
Пальцы сами окунули перо в чернильницу. Движения оставались такими же дерганными, так что весь стол уже был заляпан кляксами. Похоже, Кеншину было крайне неудобно управлять своим телом через Артема.
— Давай только не увлекайся с этим, — хмыкнул Артем, — Парадом все-таки я командую.
Как же классно, что Кеншин не может наорать на него в ответ. Так что Артем лишь самодовольно улыбался, пока Кеншин с большим трудом выводил его рукой слова на бумаге. Почерк у него, кстати, оказался каллиграфическим. Даже с учетом того, что рука плохо слушалась и постоянно дергалась. Видно, что все-таки ему хотя бы пытались дать образование, достойное наследника императора.
