— Новости? — коротко спросил Глен, вытирая рукавом потный лоб.
Связной быстро рассказал обо всем, что произошло сегодня в форте.
— Свободен.
Глен хлебнул из фляжки, пролив на себя. Кровь на камзоле смешалась с вином.
Он вытащил из кармана черный прибор с дисплеем. Такой же был у офицеров, которые доставили Кеншина домой. Через несколько секунд из эдакого пейджера послышались встревоженные голоса. Это были те же предатели, что обсуждали заговор в форте.
— Глен, что нам делать? Что если Кеншин узнает, кто его убил?
— Для начала заткнуться! Если он до сих пор этого не знает, постарайтесь, чтобы так было и дальше. Пока надо затаиться. Кто же знал, что эта дура Мелида свяжется с некромантами. И что воскрешение вообще возможно.
— Никто не верил, Глен. Но они правда сделали это.
— Хватит трусливых соплей! Исходим из новой ситуации. Выждем удобный момент и снова убьем. И на этот раз — вместе с Мелидой. Надо было вырезать эту сучку с самого начала.
— Она же колдунья… И она за нас.
Глен презрительно сплюнул.
— Такая же мерзкая нечисть, как и все остальные. Я не верю, что она действительно на нашей стороне. Убить ведьму будет двойным удовольствием.
Самый неловкий ужин в жизни!
Артем судорожно сглотнул и в очередной раз поправил тесный воротничок рубашки. В такой одежде было так же непривычно, как и в мундире.
Они с Мелидой сидели напротив друг друга по две стороны длинного стола. Перед ними стояло множество роскошных праздничных блюд, а прислуживали живой костюм Боррэй (так звали невидимого дворецкого) и горничная.
Мелида сверлила его холодным, внимательным взглядом. Так что кусок не лез в горло. Хотя блюда были очень даже хороши. Все-таки отмечали возвращение хозяина.
Перед Артемом лежал целый ряд всяких вилочек и ложечек. Бедняга каждый раз раздумывал, какой прибор взять. Потом брал наугад и пытался угадать по взгляду Мелиды — правильный он схватил прибор или нет. Но ярко-голубые глаза оставались непроницаемыми.
Еще эта проклятая горничная! Продолжала втихаря строить ему глазки и глупо улыбаться. А когда подошла, чтобы забрать у него тарелку, сделала вид, будто салфеткой стирает крошки с его брюк, а сама погладила Артема-младшего. А чертовка Мелида сделала вид, что изучает содержимое своего бокала, хотя наверняка все заметила.
Полчаса, которые длился ужин, показались Артему вечностью. Он так и остался почти голодным.
— Ты не притронулся к вину, — заметила Мелида.
— Я не пью, — забывшись, ответил Артем.
И только потом подумал о том, что Кеншин наверняка пьет… Вот черт! Надо быть внимательнее. Он же решил как следует сыграть роль этого Кеншина.
— Интересно, — протянула Мелида, — Мне казалось, ты любишь вино.
— Да, я оговорился, — замялся бедный Артем, — Имел в виду, что сегодня мне что-то не хочется.
— Понятно.
Мелида притронулась к пухлым губам салфеткой и поднялась на ноги. Артем вспомнил, что по этикету ему тоже полагается встать, и поспешно подорвался со стула. Надо поработать над движениями. Вряд ли зрелые мужчины двигаются так дергано.
— Я устала и хочу спать, — объявила жена, — Было… было приятно снова с тобой поужинать. Спустя столько времени.
— Да-да, мне тоже, — улыбнулся Артем, — Кхм… Хорошо посидели.
Мелида сверкнула на него своими небесными глазами, обрамленными густыми ресницами, и направилась к двери. Артем хотел последовать за ней, но услышал:
— Сегодня не приходи ко мне. Нам всем нужно как следует отдохнуть.
Недаром в комнате Кеншина была кровать. Значит, супруги не спали в одной постели. Да уж, интересный у них брак.
Едва она ушла, как Артем тоже почувствовал свинцовую усталость. Все-таки день у него и вправду выдался непростой.
Оказавшись снова в своей новой спальне, Артем запер дверь на ключ. Не хватало еще, чтобы эта похотливая горничная заявилась посреди ночи. А затем плюхнулся на постель, даже не раздеваясь. И наконец-то забылся крепким сном до самого утра.
Кто знает, что день грядущий нам готовит?
Мелида опустила руку в воду. Слишком горячая, пар поднимается стеной. Колдунья щелкнула пальцами и снова проверила. Вот теперь в ванне идеальная температура.
Шелковый халатик слетел с плеч, открыв стройную фигуру с пышной грудью. Мелида явно была намного моложе своего мужа и сейчас вступила в тот прекрасный период, когда женщина еще молода и свежа, но уже обладала достаточным опытом.
Грудь устала в проклятом тесном корсете. Чертов этикет! Приходится носить неудобные платья и удушающие корсеты. Мелида руками размяла сочные груди с нежными, маленькими сосками. А затем с блаженным вздохом опустилась в роскошную мраморную ванну. Девушка ушла с головой под воду и тут же вынырнула обратно. Вода стекала по лицу и волосам, а грудь лишь наполовину скрывалась под водой.
Услышав горничную, которая возилась где-то рядом с баночками и полотенцами, Мелида недовольно крикнула ей:
— Уходи, Миори. Сегодня у тебя больше не будет поручений.
Горничная поклонилась и, бросив баночки, пошла к двери. На пороге она снова услышала голос хозяйки:
