Наконец, Гитлер дочитал до материала, обобщающего допросы пленных красноармейцев, имеющие хоть какие-то сведения по интересующему вопросу. Отмечалось, что все красноармейцы были убеждены, что там, где воюет Особый Корпус - обязательно победа будет на стороне советских войск. Из показаний следовало, что они видели действие тяжелого и стрелкового оружия, танков на поле боя и это дало им полную уверенность в превосходстве советского оружия над немецким и соответственно убежденность, что победа в этой войне будет за СССР. Ввиду того, что как правило, поле боя всегда остается за частями Особого Корпуса, то немецкой стороне ни пленных, ни убитых солдат, а так же техники не удалось захватить. Единственный момент это то, что однажды на месте скоротечного боя на территории, контролируемой вермахтом, удалось обнаружить обмундирование нового образца. Солдат, носивший его, был ранен и солдатскую куртку, снятую с раненого бросили на поле боя. При внешнем осмотре установлено, что куртка имеет фабричное клеймо, на котором указан год изготовления - 1978. При химическом анализе установлено следующее: ткань хлопчатобумажная с примесью синтетических нитей, неизвестных для современного производства. Кроме того, удалось обнаружить и вывести на территорию Германии кресло и плексигласовый фонарь подбитого "Дьявола". Специалисты пришли к выводу, что кресло пилота одновременно является средством спасения при помощи пиропатронов. Способ никогда и нигде ранее никем неиспользовавшийся. И в конце следовал вывод.
"Исходя из известных фактов, и для объяснения их имеется две теории.
Первая теория.
Реальная, но с трудно объяснимой целью - дезинформация.
Если согласится с ней, то следует признать факт, что СССР серьезно продвинулся в различных отраслях науки и техники, оставляя и Германию и весь мир далеко позади. И это преимущество им будет наращиваться.
Вторая теория.
Фантастическая. Русские, каким-то образом получают помощь из 1979 года. Из этого можно сделать вывод: СССР победил в войне.
Общий вывод для обеих теорий:
Война Германией будет проиграна".
Гитлер закрыл папку с докладом.
20 июля Москва. Кубинка.
Николай Александрович Астров был в легком недоумении. Не нравилось ему, что его оторвали от процесса отладки производства самоходной артиллерийской установки СУ-76. Прошла неделя, как ее поставили на конвейер и, само собой разумеется, при таких сроках разработки и внедрения в производство вылезало множество болячек, нестыковок и просто ошибок, которые требовали для быстрейшего устранения его присутствия на заводе.
Однако вызов на 22-й научно-испытательный автобронетанковый полигон (НИАБП) Управления Механизации и Моторизации Рабоче-Крестьянской Красной Армии, да еще из ведомства наркома Берии, не оставлял ему вариантов. Немного успокаивало, что все это неспроста, и он тешил себя надеждой, что возможно его ждут сюрпризы подобные тому, когда его вызвали в Генштаб РККА месяц тому назад. Он еще больше уверился в этом, когда увидел на полигоне конструкторов артиллерийских систем Грабина и Петрова, стоявших как обычно отдельно друг от друга, Котина с Кировского завода и еще группа незнакомых ему людей, среди которых была пара человек в морской форме. Всем было известно о непростых отношениях между Грабиным и Петровым. Астров поздоровался с Грабиным и потом подошел к Петрову и Котину.
- Жозеф Яковлевич, не знаете причину нашего сбора?- обратился он к Котину.
Тот пожал плечами и в свою очередь задал ему вопрос:
- Слышал я, Вы запустили что-то новенькое у себя на заводе. Не похвастаетесь?
- Неделю как поставили на конвейер, - не без удовольствия ответил Астров. "Сушка" ему самому нравилась, и он мог говорить о ней часами. Что-то секретное сказать он не боялся - машина пошла в серию, да и сама по себе не несла никаких секретов. Ее "секрет" был в отличном соотношении "цена -эффективность". Вот тут ей равных на сегодня не было.
- А как там грабинская пушка на ней? - ревниво спросил Федор Федорович Петров.
- Она там к месту. Не обижайтесь Федор Федорович, но на сегодня лучше и дешевле, чем ЗИС-3 , у нас пушки этого калибра нет.
- Ну да! Ну да! - протянул Петров. И промолчал про работу по постановке на конвейер гаубицы Д-30, которую сам всю облазил и обмерил в командировке под Минском. Тут их беседу прервал подъехавший автобус и приглашение сотрудника НКВД в форме занять в нем места. Ехали недолго и остановились на окраине танкового полигона.
