— Почему его не допрашивали первым?
— Я не в курсе, Ал. Знаю, что так всегда делают.
— А…
Айзел поведал суду все, что рассказал мне в больнице и позже повторил всем по десять раз. Прокурор с невиданным энтузиазмом принялся заваливать его вопросами, чтобы уличить во лжи, но так как Айз говорил правду, Кербер не смог докопаться до него.
Зато Эйрен нашел, во что вцепиться. Он даже встал со стула и вышел из-за стола, чтобы быть в центре внимания и энергичнее защищать Лендера.
— Прокурор, вы говорите, что в подземном проходе ничего не нашли, но специалисты пришли к выводу, что там недавно кто-то ползал.
— Я выбирался через него, — подтвердил Айз.
Участковый яростно закричал со своего места:
— Да не ты это был! А Федий, которого ты убил! Он все говорил мне, что надо слазить туда, посмотреть, что там творится, и осторожно засыпать!
— Свидетель, сохраняйте порядок, — строго глянул на него судья.
— Удобно, господин Роджар, — хмыкнул Эйрен. — На умершего человека можно свалить что угодно. Никто не проверит.
— У вас нет доказательств, что там был именно подсудимый, — прокурор не давал о себе забыть. — К тому же лаз был заперт, когда прибыли специалисты. Никакого ключа там не нашли.
— Ну что вы, Кербер, в первый раз работаете? Господин Роджар мог запереть его, когда пришел забрать бессознательного детектива Евана и притвориться спасителем.
— Протестую, ваша честь! Криус пытается без весомых доказательств сделать из свидетеля преступника. Он притягивает обвинения за уши.
— Я притягиваю? Вы ослепли, прокурор Кербер? — Адвокат подошел поближе к его столу. — Вам уже прямым текстом сказали, что настоятельница устроила в храме беспредел, а участковый был ее верным помощником!
— Это еще нужно доказать, Криус, — прокурор медленно поднялся и уперся кулаками в стол. — Вы делаете выводы, основываясь на показаниях обиженной женщины.
— Вперед, доказывайте! Проверьте каждого, допросите детей в присутствии психолога, найдите других воспитанников. Соберите полный пазл и докажите мне, что я не прав. Но спешу сообщить, что я уже вижу цельную отвратительную картину. Эти люди, обвиняющие Лендера, лгут, настоятельница повредилась рассудком, манипулировала детьми и поклонялась Сущностям. Вам ученый — ученый! — Линус рассказал, что сталкивался с подобными неадекватными личностями — так почему вы не верите и продолжаете стоять на своем?
— Потому что показаний одной свидетельницы с сомнительными мотивами мне недостаточно, — давил на одно и то же Кербер. — Потому что не верю, что те десять человек погибли из-за Сущностей. Я тоже вижу картину. Не выдуманную, в отличие от вашей. Есть десять трупов и десять смертельных ран, нанесенных этим человеком. Он этого не отрицает, но пытается убедить нас, что тыкал оружием в мертвецов. Абсурд! Почему он просто не убежал? Не дождался своих?
— Он ответил на эти вопросы.
— Допустим! Тогда подойдем к этому делу с другой стороны: каждый ли человек способен вонзить кинжал в живое тело?
— Он убивал Сущностей!
— Сегодня — да, а завтра, что ему мешает с такой же легкостью убить обычного человека?! Не одержимого Сущностью? Вдруг померещится что-то!
— Именно вы сейчас притягиваете обвинения за уши!
— Адвокат Криус, прокурор Кербер, успокойтесь и сохраняйте порядок.
Эйрен отошел на пару шагов, сверля прокурора ледяным взглядом.
— Я вас услышал и понял, Кербер. — Наш адвокат резко развернулся к судье. — Ваша честь, я требую тщательно расследовать новое дело, связанное с храмом гармонии. Мы должны убедиться, что дети не участвовали в ритуалах и прочих сомнительных мероприятиях.
— Ваша честь, удивительно, но я поддерживаю адвоката Криуса. Необходимо расследование.
Судья тяжко вздохнул.
— Суд рассмотрит ваше требование.
После жаркого спора разбирательство подошло к концу. Настало время подвести итоги. Разумеется, Эйрен попросил суд признать Айзела невиновным, а вот Кербер заикнулся о высшей мере наказания.
To есть о казни… Даже не о пожизненном или длительном сроке, а о казни…
Чокнутый прокуроришка!
— Он в своем уме?! — прошипела Наа. — Слепой и глухой, что ли?!
— Не волнуйся, милая, его не послушают. Суд не приговорит Айзела к смерти.
Конечно не приговорит. Это невозможно. Мы столько услышали аргументов в пользу Лендера, что их просто нельзя отрицать и игнорировать. Нельзя закрыть глаза на очевидные факты. Нет стопроцентной улики, что он убил живых людей.
Как и нет улики, что он их не убивал…
Поэтому его не отпустят, но и не казнят.
У судьи не ушло много времени на принятие решения. Мы не ждали его вердикта несколько часов или дней. Он огласил его на этом же заседании.
В связи с открывшимися обстоятельствами будет проведено повторное расследование, затем назначат дату следующего суда. Айзел по-прежнему останется под стражей.
И хоть все закончилось не самым худшим образом, я ощутила гнетущее едкое разочарование и чудовищный упадок сил.
Да что ж за проклятие на нас свалилось?! Черт бы побрал этого Роджара!
Когда мы вышли из зала суда, Эйрен устало выдохнул и улыбнулся: