Часы показывали половину девятого. Суровягин надел серый костюм и вышел из дома. Туман успел рассеяться. Над городом стояло яркое сверкающее утро. Был необычно теплый для мая день. Бесшумно двигались машины. Велосипедисты в белых и пестрых рубашках жались к тротуарам. Перед красным светофором трещали мотоциклы. Суровягин быстро шел в потоке людей.
Вдруг кто-то схватил его за руку. Он круто обернулся. Перед ним стояла Панна - свежая, как утро. Чуточку вздернутый нос. Крутой лоб под копной вьющихся каштановых волос" густые брови. Широко раскрытые голубые глаза. Они иногда как-то странно темнеют от волнения. Выразительные, плотно сомкнутые губы. Как покоряюще умеют они улыбаться!
Суровягин, не скрывая радости, которую доставила ему эта встреча, некоторое время молча смотрел на девушку.
- Куда сегодня студенты путь держат? - наконец спросил он.
- На Лолиту Торрес.
- Несерьезное занятие, Панна. Лично я отправился бы на пляж. Такое чудесное утро. Самое время для загара.
- Смотреть Лолиту Торрес - несерьезное занятие? Когда только я перевоспитаю вас, Суровягин?
- Скорее мне предстоит перевоспитывать вас.
- Вам? - она прыснула.
- Вечером встречаемся?
- После девяти. В девять у меня деловое свидание.
Суровягин от души расхохотался:
- У вас деловое свидание?
Панна остановилась:
- Почему бы нет?
- Какие деловые встречи могут быть по вечерам? Их устраивают днем.
- И вечером.
Прохожие, улыбаясь, оглядывались на них.
- Мы привлекаем внимание, - Суровягин взял ее под руку. Пойдемте.
- Ну и пусть смотрят. А все-таки у меня деловое свидание.
- Верю. С кем же вы встречаетесь?
- А вот и не скажу!
- И не надо.
Суровягин расстроился, но старался не подавать виду. "Неужели ревную? - спрашивал он себя. - Но это глупо - ревновать к неизвестному". Только теперь он почувствовал, как ему дорога эта девушка. Около кинотеатра они остановились.
- До встречи, - Панна помахала рукой и затерялась в толпе.
Ровно в девять Суровягин был в своей рабочей комнате. Он сел за стол и рассеянно взглянул в окно. Теплый ветер колыхал занавеску. Из репродуктора на подоконнике приглушенно звучал голос радиокомментатора: "Враги злобно клевещут на коммунизм..."
Суровягин погасил сигарету. "Не только клевещут, но и действуют", - вздохнул он.
Вспомнились первые дни работы в органах госбезопасности. Андрей пришел сюда около года назад после окончания высшего мореходного училища. "Запомните, лейтенант, - говорил начальник управления, - у чекиста должно быть горячее сердце и светлая голова. Вы будете работать на тяжелом, но благородном участке строительства новой жизни".
Тогда же он поступил в распоряжение полковника Еремина и всем сердцем ушел в новую работу.
"Может быть, в деле о каланщиках мы что-то упустили?" спросил себя Андрей, в сотый раз начиная листать серую папку.
Протокол допроса туриста. Он оказался человеком с "философией". Уже старик, с вислыми усами. Законченный пройдоха. На вопросы отвечал вежливо. Ничего не отрицал. Да, купил шкуры, чтобы подзаработать. У кого? У молодого человека без особых примет. Фамилию не знает.
На втором допросе старик отвечал на вопросы так же вежливо, как и в первый раз, но ничего нового не добавил.
Суровягин вздохнул и перевернул страницу.
Подшиты копии донесений директора заповедника Чигорина с острова Семи Ветров. Подсчет поголовья каланов на острове проводится раз в квартал. В докладной от 5 января сообщается, что "в четвертом квартале истекшего года погибло 43 калана, а за год - 82". Вторая докладная датирована 6 апреля: "За первый квартал исчезли по неизвестным причинам 37 каланов". Копии радиограмм с острова в главк, научно-исследовательский институт рыбного хозяйства профессору Лобачеву... Докладная начальника Камчатской инспекции по охране рыб и морского зверя." "Браконьеров на острове нет".
Список работников заповедника...
"Может быть, браконьеры все-таки на острове?"
Этот вопрос Еремин задал Суровягину после проверки и анализа всех возможных вариантов похищения каланов. Еще раз проверили списочный состав работников заповедника. Проверка ничего не дала. На острове работали влюбленные в свое дело люди. Каланы исчезали, хотя лежбище хорошо охранялось.
Полковник Еремин предложил Суровягину выехать на остров Семи Ветров и самому все проверить на месте.
Билеты уже были заказаны, когда из Первореченского отделения милиции - это было 12 апреля - поступило одно любопытное заявление. Писал старый меховщик.
К нему, как сообщал он, явился какой-то молодой человек и попросил сшить шапку и воротник из своего материала. Когда договорились о сроках и цене, заказчик показал мех.
