- Итак, кое-что мы выяснили, - сказал он. - Холостов человек с авантюристическим складом характера - раз. Талантлив - два. Давно связан с Рутковской - три. Машина исчезла под водой - четыре. Комиссия приехала - пять. Она и нужна нам сейчас. Андрей Петрович, выясните, кто приехал, и договоритесь о встрече.
"Раз по имени и отчеству назвал, значит, доволен", - подумал Суровягин. Он положил перед Ереминым нераспечатанный конверт.
- Что за письмо? Почему не раскрыли?
- Там написано: "Только лично в руки".
Письмо было от Щербакова. Еремин дважды перечитал его, задумчиво улыбаясь.
- Вот что, Андрей Петрович, возьмите дежурную машину и поезжайте по этому адресу. Комната четырнадцать. Там вас встретит Щербаков. У него шкуры каланов.
Суровягин на секунду застыл от удивления, но лицо его осталось бесстрастным.
"Выдержка есть", - подумал Еремин.
- Давно письмо пришло?
- Третьего дня. Сразу же после вашего отъезда.
- Так. - Еремин опять улыбнулся своим мыслям, решительно достал из ящика стола небольшой коннертик и протянул Суровягину. - Отдайте Щербакову. Это записка Рутковской. Настоящая, Андрей Петрович. К посыльному, которого в день ареста встречала Рутковская, должен был пойти Щербаков. Накануне они поссорились, записка осталась у Щербакова. Он ее мне передал. А теперь возвращаю. В субботу пусть встречает очередного гонца с острова Семи Ветров со шкурами. Теплоход "Азия", каюта пятнадцать. Между прочим, все посыльные едут в пятнадцатой каюте. Шкуры привезете сюда. Кажется, все. А с учеными я договорюсь сам.
Зазвонил телефон.
- Полковник Еремин слушает. Так... Копию письма, я думаю, мы получим? Хорошо. Я сейчас выезжаю.
Глава одиннадцатая
ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ
ДЛЯ ЧЕКИСТОВ
Еремин вернулся в управление в четвертом часу.
- Вы давно приехали? - спросил он Суровягина, устало опускаясь в кресло.
- В четырнадцать ноль-ноль, - с готовностью ответил Суровягин.
- Отдали записку?
Суровягин улыбнулся:
- Он взял ее, как отпущение грехов. Сказал, что обязательно встретит.
- Как его настроение?
Суровягин замялся, и это не укрылось от полковника. Он выжидающе взглянул на своего молодого сотрудника.
- У меня с ним небольшая стычка произошла... Я был груб с ним.
- И вы считаете это правильным? - голос Еремина звучал холодно. Теперь он понял, почему так нервничал Щербаков в тот памятный вечер.
- Нет. Это было моей ошибкой, - твердо ответил Суровягин. - Грубой ошибкой.
- Видите, Андрей Петрович... Жизнь учит вас на каждом шагу: надо верить людям.
- Да, товарищ полковник. Так вот, Щербаков поэтому сначала отнесся ко мне очень настороженно...
- А вы?
- Я? - Суровягин взглянул в лицо полковника. - Я... извинился перед ним за свою... дурацкую горячность. Мы с ним помирились. Я даже знаю - мы подружимся с ним.
- Ну и правильно, - сказал Еремин. - Очень хорошо. А теперь я должен ознакомить вас еще с одним документом. Я был в штабе флота, - он показал на конверт, который лежал перед ним на столе. - Прочитайте.
Письмо было адресовано начальнику мореходного училища. Еремин был знаком с ним еще до памятного разговора с Лобачевым об акулах.
"...Может быть, я ошибаюсь, но должен поделиться с Вами своими сомнениями. У меня создалось впечатление, что черная акула, похожая на дельфина, не живое существо, а машина, созданная руками человека. Доказать это я пока не могу, но каждая встреча убеждает меня в этом предположении. Поразительным было нападение на рыболовное судно. Снимки, к сожалению, получились слишком темные, и разобраться в них трудно..."
Суровягин дочитал письмо и положил обратно в конверт.
- Выходит, герой нашей драмы - неизвестное подводное существо?
- Выходит, так, - согласился Еремин. - Предположения Парыгина проверили. Наши подводные лодки целую неделю с акустическими приборами караулили у острова Семи Ветров. Черная акула исчезла. И самое странное - исчез затопленный траулер.
- А его не могло снести течением?
- Возможно и это, - согласился Еремин. В дверь постучали.
- Пакет, - сказал дежурный, появляясь в дверях. Еремин разрезал конверт и вытащил несколько фотографий с объяснительной запиской к ним.
- Ясно, - сказал он и потер голову. - Специалисты утверждают, что черная акула - не подводная лодка. Поехали, Андрей Петрович. Вновь две версии, два предположения...
Залив, открывшийся между двумя сопками, надвигался, как огромный парус. Шоссе, сворачивая, подходило к самому берегу. Справа на зеленых холмах раскинулись дачи, дома отдыха, санатории. Пахло яблоками и морем.
"Не мешало бы искупаться", - подумал Суровягин.
Залив в разных направлениях пересекали десятки яхт и лодок. Стремительно мчались катера "Ракеты". На пляже - множество загорелых тел.
Куда и зачем они едут, Суровягин не знал, но расспрашивать не решался: не любил этого полковник. Проехали десятый километр, пятнадцатый... На девятнадцатом машина свернула вправо и пошла вверх в зеленом тоннеле берез и тополей.
Белый коттедж с балконом и верандой стоял в саду. Еремин остановил, машину перед воротами и выключил мотор.
- Приехали, Андрей Петрович.
