Гермиона отвела глаза, покачав головой. Она рассказала Джинни, как прошла их встреча в понедельник.
— Значит, тебя перехватили мальчишки прямо у него из-под носа, когда вы шли в столовую, — задумчиво протянула Джинни. — Ну что ж, пятница покажет.
— Ты думаешь, в пятницу что-то произойдёт? — недоверчиво посмотрела Гермиона на подругу.
— Я уверена в этом. Волосы соберёшь в хвост и перекинешь на одно плечо, вот так. Чтобы шея была видна. И губы накрась красной помадой, не забудь!
И вот наступила пятница. Гермиона была на взводе с самого утра, два раза отправляла секретарю министра записку с вопросом, не прибыл ли он. Перспектива рассказать ему некоторые важные нюансы командировки одновременно ужасала её и приносила облегчение. Ну не может она так оставить то, что все винят Малфоя в провале их миссии. И, хотя все всё равно не узнают причин, но хотя бы министр будет знать, что Драко здесь не причём…
Она даже не пошла на обед, потому что уже два дня как вся женская половина Министерства только и делала, что обсуждала наряды, в которых пойдёт на корпоратив. Сегодня этот пустой трёп раздражал.
И вот наконец влетел бумажный самолетик с посланием. Секретарь сообщила, что министр прибыл и ждёт её у себя сию же минуту. Ладони увлажнились от волнения, и Гермиона, бросив все свои дела, помчалась к Кингсли.
— Мисс Грейнджер? У вас что-то срочное?
— Да, мистер Бруствер… — Гермиона рухнула на кресло и с чувством обречённости посмотрела на свои руки, нервно сжимавшие и разжимавшие палочку.
— Мисс, если можно, кратко, у меня мало времени.
— Хорошо, министр. Дело в том, что в ходе нашей командировки в Эмираты были некоторые моменты, о которых мы… я попросила мистера Малфоя не упоминать. Но теперь я думаю, что вы должны знать. — Она с решительным видом посмотрела в глаза Брустверу.
Тот выглядел удивлённым. И его удивление постепенно сменялось возмущением и негодованием, пока Гермиона без прикрас рассказывала о действиях эмиров и всех причастных в ходе их переговоров.
Умолчала она о своей панической атаке и разговорах на женской половине дома Ахмада, так как это не имело отношения к работе. С красным лицом она поведала, что не знала, какой разговор был между Малфоем и Джарваном до того, как она согласилась покататься на пегасе и села впереди эмира.
— Почему мистер Малфой не предупредил вас?
— Он не смог, не было времени. Эмир Джарван сразу же подошёл ко мне и предложил покататься. Я… Мне показалось невежливым отказывать. Они, на правах принимающей стороны, как мне казалось, просто развлекают нас…
Кингсли кивнул. Брови его были сдвинуты и он качал головой. Гермиона помолчала и продолжила.
— Дальше произошла песчаная буря, и мы оказались с Джарваном отрезанными от остальных. Он привёз меня к нему в дом, откуда я отправилась в отель, где уже находился мистер Малфой. Тогда-то он мне и рассказал об этом… предложении.
Гермиона снова с отчаянием посмотрела на Кингсли. Набрала побольше воздуха в легкие, и поведала министру об утреннем визите матери Джарвана.
Министр выглядел так, как будто с трудом сдерживал ярость.
— И вот эмиры даже не вышли попрощаться с нами, передали своё отрицательное решение через переводчика.
Воцарилось молчание. Гермиона почувствовала себя нашкодившей ученицей в кабинете директора школы.
— Вот так обстояло всё на самом деле, министр. Вины мистера Малфоя тут нет, это я виновата. Не уловила разницы менталитетов… Мистер Малфой предлагал мне вынести это на международный уровень, но я отказалась и попросила его не говорить ничего вам. Я виновата в провале миссии…
— Вы не виноваты, мисс Грейнджер, — Кингсли резко поднялся и отошёл к окну.
Помолчав немного, он повернулся к ней и сказал уже мягче:
— Я понимаю, почему вы решили это скрыть, история не из приятных. Но мистер Малфой прав — такое оставлять просто так нельзя. Это же прямое оскорбление нашего официального представителя!..
— Мистер Бруствер. — Гермиона покачала головой. — Миссия всё равно провалена, и я просто хотела, чтобы вы знали, что здесь нет вины мистера Малфоя…
— То есть вы мне это рассказали из чувства справедливости, а не потому, что хотите, чтобы вам принесли извинения? — с оттенком удивления уточнил министр.
— Именно так, мистер Бруствер. — Гермиона прямо посмотрела на него. — Вы, как министр, должны знать, почему случился отказ и что этому предшествовало, но я не хочу, чтобы это выносили на международное рассмотрение.
— Уверены? — Кингсли задумчиво изучал её. — Подобное поведение должно быть наказуемо. Мало того, что они оскорбили вас, так ещё и проявили неуважение к нашему Министерству через мистера Малфоя!
— Он говорил вам о том, что, вероятно, вылет в пустыню в бурю был спланирован намеренно? — уточнила Гермиона.
— Да, он написал об этом в отчете, но доказать что-то будет трудно. Но в совокупности все эти происшествия тянут на хороший международный скандал. Можно провести расследование.
— Нет, министр, я прошу вас, — Гермиона нервно крутила палочку. — Не стоит. Пусть это останется… на их совести.
Кингсли задумчиво покачал головой.
— Что ж. Пусть будет по-вашему.
