Но длилась она недолго. Под стенами Агриппы собрались не только лучшие полки. Сюда подтянулась элита Академии Волшебства. Те маги, кто спокойно мог гулять под прицелами орков, до которых не долетали стрелы, а были и такие, про которых орки жаловались, что когда они целятся, у них отводят взгляд, и как они не стараются взять на прицел, у них это не получается. Таких магов было лишь двадцать, но они представляли собой мощную силу.
Попробовав разрушить стену заклинаниями, они поняли, что те очень хорошо защищены магически. Времени было много, и маги разделились на три группы. Одни готовили долгое, но мощное заклятье, которое обрушит стены в десять метров длиной, на большее не хватило бы сил. Вторые стали создавать и выращивать монстра, да такого, что отборные солдаты Эдвара с содроганием проходили мимо шатра, где создавалось чудище и слышались ужасные вопли и рыки. Третья группа пропала из поля видимости орков, и они о ее деятельности ничего не знали.
Эта третья группа, очень беспокоила Малика. Столь мощные маги должны быть всегда под наблюдением, пропажа их из донесений ничего хорошего не сулило.
Оставался день пути, они уже были на подходе, вдалеке виднелась гряда скал, защищавшая оркские земли и то ущелье, в котором произошла позорная для Эдвара битва, как вдруг возникла песчаная буря. Посередине равнины и скал… Караван тут же занесло песком.
Караван состоял из восьми огромных тягачей, на которых были летуны, механический доспех и десять машин с пушками. Остальная сотня бронированных машин шла своим ходом.
Буря словно окружала их. Самому последнему подмастерью в караване было понятно, что сама собой песчаная буря в равнине не возникнет.
Малик напрягся. Буря была огромных размеров и силы. И явно магического происхождения. «Похоже, нашлась третья группа магов, которых потеряли из виду защитники Агриппы», — Малик прикинул расклад сил. Для контроля такого заклинания желательно трое магов, по сведениям орков, пропали четверо. «Значит еще один стоит в сторонке, наблюдает». Тем временем колдующие как будто о чем то задумались. Буря окружила их, но не стала давить на них, не стала сжиматься и сносить машины, забивать их песком. Маги как будто жаждали ответа.
«Ну что ж, они его получат», — Малик созвал десяток магов орков, которых взял с собой. Остальной десяток остался в Митранде, на производстве. Эта двадцатка, которую отдал Дурмар гномам, была разношерстна. Все они были опытны и глубоко изучили магию, но в разных направлениях. Пять из них были целителями, десять боевыми магами, пять некромантов. Их пришлось долго обучать азам техномагии, но и боевую магию они углубленно изучали. Два из них даже были сильнее Малика в бою.
Пятеро из магов Малика начертили восьмиугольную звезду, вписали внутрь гексаграмму и начали ритуал по перехвату контроля над бурей. Малик усмехнулся. С собой он взял лучших, и вместо ожидаемого заклятья отмены, они пытались взять бурю в свои руки и направить против враждебных чародеев. Малик, и еще пятеро других оркских магов стали искать точки нахождения магов. Этих троих они вычислили тут же, а вот аура четвертого как будто плыла, не давая точно определить его местонахождение. Тем временем Эдвардские маги почувствовали, что теряют контроль над бурей и уже пытались сами ее отменить. Через минуту равнина очистилась. Перед караваном в трехстах шагах стояли в одинадцатилучевой звезде, еще полные силы трое Эдвардских магов.
Малик рассмеялся. Эти трое пытались полностью соответствовать образу мага, у них были длинные седые бороды, остроконечные шляпы, длинные плащи и посохи со звездой в навершии. А вот четвертый…
Его Малик заметил в последнюю очередь. Еще доля секунды, и он был бы мертв. Он успел увернуться от элегантного заклинания, которое он почувствовал впервые. Это не было молнией, огнем или разрезающим воздухом. Это был направленный приказ умереть, и Малик похолодел. Этот четвертый оказался прямо перед его группой, и орками в звезде. На вид ровесник Малика, и одет был просто, в отличие от своих соратников он был в удобных брюках и рубашке. Во рту у него была травинка. Он усмехнулся, глядя, как Малик уворачивается от заклинания, и заговорил:
— Не врут, значит, слухи о тебе, славный Малик из Хомико. Я ничего не имею против тебя и гномов, но не обижайся, эту технику я не пропущу. Как и орков.
— Ты не имеешь право. Гномы соблюдают нейтралитет, а ты совершил нападение на гномий караван.
— А разве кто-то из гномов или их техники пострадал?
Малик вынужден признать, что незнакомец прав. Буря могла бы нанести много вреда, пока они успели бы ее нейтрализовать, но она лишь мешала им пройти.
— И, тем не менее, ты и твои дружки стали на пути мирного каравана.
— Который, везет военную помощь нашим врагам. Это бессмысленный спор. Малик, у меня приказ не пустить вас в Агриппу и я его выполню. Также в приказе стоит, чтобы граждане Митранда не пострадали. Это я тоже выполню. Малик, я слышал о тебе много хорошего, но в боевой магии ни ты, ни твои спутники мне не ровня.