Можно использовать реквизит, не менее поражающий воображение, чем пластика действующих лиц. Позолоченные, метровой длины рога у козлов Тора, раскрашенный кусок картона, изображающий борт корабля в битве при Саламине, дракон с семью улыбающимися синеглазыми детскими головами, каждая из которых в воротнике, торчащем из дырки, проделанной в матерчатом теле дракона. Подобные впечатления навсегда остаются в памяти. Битва при Саламине! Это был незабываемый спектакль! Дети, вытянувшись, как свечки, стояли не шелохнувшись и читали стихи, и вдруг превратились в подлинную, зримую Грецию, ту, которую видишь в древних скульптурах или встречаешь у Гомера. Весь хор, одетый в белое, стал воплощением силы судьбы, от которой зависело — либо скрыть происходящее (когда группа плотной стеной собиралась впереди у рампы), либо объявить его (ребята отходили назад, к боковым стенам). Этот необычный прием был квинтэссенцией спектакля!
Если бы такие постановки были единичными событиями в течение учебного года, как это бывает, когда празднуется окончание школы, то впечатления от них не были бы столь значительны. Но поскольку игры-драматизации — основная часть календарных праздников, то они принадлежат к повседневным школьным явлениям. Репетиции должны начинаться задолго до показа, а те, кто не занят в спектакле непосредственно, неизменно участвуют в них как зрители. Таким образом игры-драматизации становятся важным воспитательным средством для всех детей. Когда дети смотрят на выступающих или сами работают на сцене, то под воздействием слов, ритма, разнообразных движений чувства их пробуждаются, а иначе, быть может, их в течение всей жизни нельзя было бы добудиться. Постижение чувства стиля, чувства такта, смысла формы — это открытия не только оставляют краткосрочное эстетическое впечатление, но имеют значение для всей дальнейшей судьбы и жизни ребенка.
Геометрия
Один десятилетний мальчик разглядывал вместе с родителями книгу, в которой были помещены изображения художественно-геометрических конструкций. Внезапно он сказал: «Посмотрите, вот эта штука, которая здесь нарисована, на той картинке превращается в другую форму!» В самом деле, одна конструкция была вариацией другой. Мальчик обнаружил метаморфозы, которые ускользнули от внимания родителей. Его цепкий взгляд воспринял это в результате многочисленных упражнений в изображении форм, которые он, будучи учеником вальдорфской школы, выполнял начиная с первого класса.
В школах Рудольфа Штейнера иногда уже в четвертом или пятом классе дети при помощи циркуля и линейки рисуют подчас красивейшие геометрические формы. Однако собственно построения с использованием этих инструментов впервые вводятся в обучение только в шестом классе.
Для большинства из нас термин «геометрия» ассоциируется с длинными и трудными цепочками доказательств. Однако здесь мы имеем в виду нечто совсем иное — геометрию вполне можно «прочувствовать» еще задолго до того, как в ней понадобится что-то «доказать».
Что происходит, когда хочешь построить правильный восемнадцатиугольник и связываешь каждую вершину со всеми остальными? Что получится, если на окружности шесть раз отложить радиус и вокруг шести точек пересечения нарисовать окружности равного радиуса? Или если построить по этому же принципу двенадцать или более окружностей? Какие фигуры получатся, если врисовать в один большой круг систему «вращающихся» неконцентрических полуокружностей? Такие занятия геометрией делают ее настоящей дорогой открытий, ведущей в мир форм, богатства которого почти неисчерпаемы.
