Буч не стал упрекать парня за то, что тот выстрелил ярдов с двадцати и само собой, что они попали и под отдачу, и под взрывную волну, перевернувшую броневик. Выбора-то у него все равно не было. Предъявлять претензию за то, что не схватился за оружие гномов раньше, тоже не стал.
— Эксвус счастливчик, — вздохнул Буч, уставясь в звездное небо.
— Счастливчик? — приподнялся на локтях воспитанник орков.
— Ну да. Он о встрече с этой тварюгой лет сорок мечтал. Хотел, если не за друзей отомстить, так хоть в бою умереть.
— Эксвус был в легионе, который тварь съела? — догадался Данут.
— Он был его командиром.
Дальше можно было не спрашивать. Если Эксвус был командиром легиона, то именно он отдавал приказ о заслоне, посылая на верную смерть своих подчиненных, среди которых, наверняка были и его родственники и друзья. Впрочем, какая разница? Все те, кем он пожертвовал, были ЕГО людьми.
Утром Данут проснулся, испытывая голод. Голод — это хорошо. Если хочется есть, значит дело пошло на поправку! В мешке у Буча оказалась крупа (пшенка!) и сухари. Но для начала старый орк заставил парня вскипятить воды и снова напоил его каким-то лекарством. Вкус уже не такой противный, как вчера, но все равно, пить неприятно. Буч ничего не говорил, но Данут сделал себе очередную «зарубку» в памяти. Впредь, помимо карты иметь при себе лекарства! А у него лишь рубашки (порой, не очень-то чистые), что можно пустить на бинты. Надо брать что-нибудь от головной боли, да и от расстройства желудка бы не помешало. Он-то привык надеяться на черемуховую кору, но черемуха встречается не везде. Впрочем, лучше посоветоваться с Бучем.
Перекусив, Данут пошел к броневику, возле которого уже шевелилась разная лесная мелочь — птицы бодро расклевывали мешок с крупой, заботливо уложенный Слети, а целый выводок крыс растаскивал сухари. Спасти что-нибудь из продуктов нечего было и думать.
Парень ходил кругами вокруг перевернутого тепловика, собирая раскиданные вещи и оружие. Нашел свой мешок (пустой!), запасную куртку, штаны, с радостью переоделся, избавившись от лохмотьев. Отбросив в сторону сломанный, без наконечника, дротик, спохватился — прямое древко прекрасно подойдет для шины для сломанной ноги ветерана. Свой меч Данут обнаружил ярдах в тридцати от машины, а увидев, едва не заорал от восторга. Но радость сменилась грустью. Отцовский меч, его гордость, не раз выручавший в бою, был сломан ровно посередине! Как уж так вышло, непонятно. Наверное, если бы специально ломали, не получилось бы.
Голове гнома, оказавшейся неподалеку, Данут обрадовался, как родной. А вот серебряной свиристели-свирели, как ни старался, он отыскать не мог. Скорее всего, звуковое оружие гворнов, лежит где-то в кузове, но как проникнуть внутрь сплющенных броневых листов, парень не знал. Вооружившись длинной веткой, начал запихивать ее в щели. Удалось выпихнуть кое-какие нужные вещи — подзорную трубу, складной нож — доставшийся от Курбады, несколько наконечников для стрел, кожаный мешочек для векшей и сертификатов. Лук, правда, исчез неизвестно куда, равно как запасная тетива (можно бы хоть ветку согнуть!), но несколько острых железок пригодятся. В крайнем случае, их можно насадить на ветки, превратив в дротики.
Кроме сломанного меча, другого оружия не отыскалось. Ни топора, ни чего-нибудь еще. Исчез даже двухлезвийник Буча. В каких кустах он теперь валяется и, где искать?
Вернувшись, Данут продемонстрировал старому орку свои находки. Буч, при виде сломанного меча, покрутил головой, взял обломок клинка в здоровую руку и задал странный вопрос:
— Ты же потерянного наследника не станешь изображать?
— Какого наследника? — переспросил Данут, не поняв вопроса, а пока вспомнил, что у орков есть старая легенда о принце-бродяге, которого подданные должны узнать по сломанному мечу, старый воин от всей души треснул мечом по камню, доломав его окончательно.
Передавая обалдевшему от изумления воспитаннику уцелевшую рукоять, Буч сказал:
— Сунь рукоятку в мешок, легче таскать. А лезвие тебе новое откуют.
От возмущения, Данут едва не полез в драку. Но слегка успокоившись, понял, что его бывший воспитатель опять прав. Таскать с собой обломок меча тяжело, да и неудобно, а лезвие откуют нисколько не хуже.
Махнув рукой, парень начал накладывать шину на сломанную ногу наставника. Буч, посматривая на действия бывшего воспитанника, не нашел, к чему придраться. Уже неплохо!
— Ну, воспитанник, каковы наши дальнейшие действия? — поинтересовался Буч.
— Во-первых, следует соорудить какое-нибудь оружие, — начал перечислять Данут. — Хотя бы к камню веревку привяжу, будет кистень. Еще смастерю три дротика — для ближнего боя сойдет. Можно нож на древко насадить, но смысла не вижу, да и тащить тяжело. Потом, во-вторых, то есть, сделаю волокушу. Ну, в-третьих, пойдем дальше, куда и хотели.
