А жизнь в Симферополе продолжалась. Ежедневно проводились занятия по боевой подготовке с выходом на местность, по изучению материальной части оружия, политзанятия, строевая подготовка, в общем, как обычно в воинской части. Как ни странно, но и в этой «мирной» обстановке случались казусные моменты. Сразу после изучения ручных пулеметов «льюис» поступило приказание привести оружие и людей в полную боевую готовность. Естественно, нужно было в первую очередь снять с пулеметов арсенальную смазку (тавот), хорошо прочистить, смазать, чтобы работало оружие безотказно. Снять смазку – это значит полностью разобрать пулемет. Приступили к этой работе часов в 6 вечера. Приблизительно через час приходят командиры взводов с понурыми лицами и очень робко сообщают, что не могут разобрать пулемет. Ребята все молодые и первый раз видят английский пулемет «льюис». Еще в институте на военных занятиях по ВВДП (высшая военная допризывная подготовка), я это хорошо помнил, мы разбирали такой пулемет. Поэтому я уверенно повел своих комвзводов к пулемету и предложил внимательно наблюдать, как я буду разбирать его. Отделив все верхние, вернее, наружные части, приступил к отделению ствола, и тут получился полный конфуз – ствол не отделяется. Вижу, что для этого необходимо отделить приклад, а как это сделать, не знаю. Внешне – никаких признаков: ни шурупов, ни винтов, никаких защелок нет, а не сняв приклада, ствол не заменишь, а он заменяем, значит, какая-то чертовщина держит его, соединяя с прикладом. Бились над этой загадкой, наверное, более часа, перепробовали всевозможные способы, и хоть плачь – ствол не отделяется. В это же время приходят командиры других рот и робко спрашивают, боясь попасть впросак: «А вы пулемет уже почистили?» Они также не смогли отделить приклад, а некоторые сняли только верхний кожух, а дальше пойти не сумели. Что же делать? Спросить не у кого, и я принял решение – ломать! Подумал так – сломаю и увижу, как этот чертов приклад соединяется со стволом. Риск большой – шутка ли, при недостатке оружия сломать пулемет! А что было делать? Был у меня один парень – командир взвода, богатырского сложения, и я его попросил, приложив свою силу, сломать приклад. Он охотно взялся за это дело – как же, показать свою силу. И тут мне пришла в голову мысль – а не навинчивается ли приклад на выступ ствола? В нашем стрелковом оружии такой способ не применяется, может, англичане додумались? Говорю этому «ломателю»: «Попробуй покрутить приклад влево, не пойдет, тогда вправо».
И нашей радости не было предела – приклад повернулся, вывинтился, и можно было отделить ствол. А ведь сколько сил и нервов ушло впустую. Тут же сообщили в другие роты о нашем открытии. Но с этим пулеметом мы немало помучились на второй день, когда начали проводить контрольные стрельбы. Оказалось, что пулемет не желает стрелять очередями или вообще не стреляет, хотя на капсюле патрона след от бойка есть. Новая загадка. Думал, что замена бойка исправит положение, да не тут-то было. Другой боек, а запчастей был полный большой ящик, дает тот же эффект. Чуть ли не полдня потратил на разгадку этой загадки, но в конце концов установил, что все дело в регулировке боевой пружины. Попутно выявились разные вопросы, которые требовали своего решения, и их приходилось решать. Плохо, когда нет наставления (письменного) к иностранному оружию. Когда начальство услышало, что у меня «льюисы» нормально заработали, а в других ротах молчат, то меня обязали срочно провести занятия со всеми командирами рот и взводов по изучению английского пулемета. Через пару дней во всех наших подразделениях эти пулеметы «заговорили».
