…С 5 класса мы начали ходить в школу села Арзамасцево, которая находилось за 6 км от нашей деревни. Летом мы ходили пешком, а зимой нас временами возили на тракторе. Многие жили в школе-интернате, ну а мы продолжали ходить домой. Правда, вечером было уже темно, и нужно было идти мимо кладбища, было страшно. Когда шёл мимо кладбища всегда казалось, что кто-то где-то шевелится? Но я преодолевал страх, потому что было стыдно быть трусом. С самого детства мы подружились с Вовкой Мерзляковым. Учились в одном классе, вместе готовили уроки . Нам даже нравилась одна и та же девчонка, Аня Мерзлякова. Но когда я понял, что Аня симпатизирует больше Вовке, поэтому пришлось о ней забыть, и мы остались просто друзьями. В детстве я неплохо рисовал. Меня часто просили нарисовать стенгазеты, однажды даже нарисовал гербы на школу. Вовка, естественно, напросился мне помогать. Рисовать он естественно, вообще не умел а просто морально поддерживал меня. А когда нас похвалили за готовые гербы, он ответил, что мы готовы нарисовать что угодно, если нас попросят. Но я не обижался на него, ведь это был мой самый лучший друг. С ним было всегда интересно, у него всегда была куча идей. Благодаря ему я хорошо стал разбираться в математике. Мы с ним часто соревновались, кто лучше знает какую-нибудь теорему или формулу. Часто школа помогала колхозу в каких-нибудь делах. Собирали картофель, высаживали саженцы деревьев вдоль дорог, наводили порядок в лесу, собирали хворост в кучу и много ещё чего. Всё сейчас и не припомню. Так незаметно мы доучились до 10 класса. Пришла пора экзаменов. И вот в этот период нашу семью настигла беда. Утонул мой младший брат Гриша, которому на то время было 9 лет. Практически на моих глазах. Мы пошли вместе купаться на пруд у плотины. На плотине были трубы, по которым лишняя вода стекала. А пацаны, видимо, часто забивали трубы, чтобы с другой стороны ловить рыбу на мелководье. Он, видимо, забивал глиной, а глина в сыром виде, как мыло. Подскользнувшись, он упал в воду. Как потом мне объяснили во время падения, он потерял сознание. Когда я заметил его долгое отсутствие, я начал его искать и кричать? Не знаю, что мне подсказало, но я начал нырять у труб, дно было глубокое, и я долго. не мог достать дна, а когда я его нащупал, у меня чуть не случился припадок. Когда я его вытащил, и начал делать ему искусственное дыхание, крикнул сестренке Гале, которая бегала рядом, чтобы она звала людей. Немного погодя прибежали люди, оттащили меня в сторону, приехала скорая, всё помню смутно. Если бы не это несчастье, сейчас ему было бы уже под 60.
Глава 3. Служба.
Закончив школу в 1973 году я начал думать, куда мне дальше податься. Пока раздумывал, продолжал работать в колхозе. Однажды нас вызвали в военкомат, который находится в Каракулино, в 25 километрах. Мы с Вовкой собрались и поехали туда. Там нас оформили, поспрашивали немножко и отпустили. Ну, мы с Вовкой решили, это дело отметить, взяли вина, выпили. Этого показалось мало, мы пошли к его родственнику, и там попили браги. Посидев у родственника, решили ехать домой. Но от выпитого нас так развезло, что мы у какого-то здания упали в кусты и вырубились. Проснулись, мы от какого-то непонятного шума, посмотрев на дорогу, я увидел, как трактор Беларусь на ходу развалился пополам. Ну, всё начались глюки, подумал я, но, тут услышал Вовкин восглас: нефига себе. Я посмотрел на него и спросил: "ты это тоже видел? Он ответил: "ну да! И я успокоился, ну, значит, со мной всё нормально. Мы встали отряхнулись и решили добираться домой. Для этого вышли на дорогу, чтобы поймать попутку. С автобусами тогда было не особо. Они ходили редко. Попуток мы не дождались, и решили потихоньку идти пешком. Но машин так и не было, и мы весь путь прошли пешком до деревни. Пока шли весь хмель из нас вышел.
А осенью 1974 года нам пришли повестки из военкомата. Родители собрали стол, пришла вся деревня проводить нас. Провожали под гармошку с песнями со свистом. У Вовки был расстроенный вид, а я был доволен скорей бы из деревни в большой мир.
Для начала нас привезли в сборный пункт города Ижевска. Там собралось очень много народу со всей Удмуртии. Где-то с неделю там нас промариновали. Затем приехали офицер с сержантом, отобрали нас несколько человек, и мы поехали на поезде к месту службы. Это был город Кострома. Старинный замечательный город. Наша часть дислоцировалась прямо в городе. А попали мы служить в ракетные войска стратегического назначения. Меня определили в роту связи радиотелеграфистом. Первые полгода были учебными. Затем нас раскидали по взводам.
