Трактирщик посмотрел прямо в голубые глаза барда. Странно, в слухах, которые дядя Миша слышал об этом щеголе, люди упоминали, что у него были то ли серые, то ли зеленые глаза, а у него, оказывается, голубые. Трактирщик покачал головой. На то они и слухи, чтобы все преувеличивать, даже цвет глаз.
– Я намереваюсь заплатить, как только соберусь уходить, – нагло ответил бард и хитро улыбнулся, – Это если только не хотите со мной заключить ма-аленькую сделку, дядь Миш.
– Михаил, – недовольно поправил его трактирщик, – И не собираюсь я никаких сделок с тобой заключать.
– Но эта сделка принесет пользу вашей таверне! – воскликнул бард, – Значит так, суть такова. Я за оставшийся вечер рассказываю всем этим милым людям, что сегодня собрались в зале, три увлекательнейшие истории. И если хотя бы одна из них им понравится, всем без исключения, тогда выпивка за счет заведения. Как вам такое, дядь Миш?
Трактирщик бросил из-под бровей тяжелый взгляд на рыжего барда, который терпеливо и с улыбкой до ушей ждал ответа. Дядя Миша хотел было снова напомнить этому выскочке, что стоит обращаться к нему полным именем, но только вздохнул. Бард наверняка делал это специально, чтобы угрюмый трактирщик каждый раз раздраженно исправлял его и таким образом, худо-бедно, поддерживал разговор. Что же касалось его сделки – дядя Миша слышал, что его истории не для всех. А если конкретнее, то годятся только для того, чтобы соблазнять юных наивных дев. И так как в зале юных и наивных дев не было, кроме Марины, само собой, дядя Миша сильно сомневался, что истории барда проникнут в черствые и безразличные сердца путников, что сейчас спасались в его таверне от усиливающегося дождя на улице. А этот рыжий выскочка еще заявил, что все присутствующие обалдеют от его историй или хотя бы от одной.
– Хм, – фыркнул трактирщик и убрал чистые кружки, которые он протирал, под стойку, – Больно сомневаюсь, что у тебя получится выиграть пари.
– В таком случае я просто заплачу за выпивку, а ваши посетители получат бесплатный концерт в моем лице, – нагло растянулся в улыбке рыжий, – Вы все равно ничего не теряете, дядь Миш. Ну разве что мою плату, если окажется, что хотя бы одна история заденет всех присутствующих без исключения, включая вас.
– Сомневаюсь, – повторил трактирщик.
Бард принялся уговаривать его на пари и, неожиданно поддавшись азарту, дядя Миша все же согласился. Вряд ли гостям таверны понравятся истории рыжего барда, Марина не в счет, конечно, хотя она и не гость, а работник, так что трактирщик уже заранее приготовился вытрясти из наглого барда все монеты, что он задолжал за этот вечер.
Рыжий вскочил со своего места, стряхнул с одежды невидимую пылинку и, взяв соседнюю табуретку, поставил ее едва ли не в центре зала, а сам встал сверху, чтобы толпе его было хорошо видно. Трактирщик уже после этих действий барда пожалел, что принял его пари.
– Дорогие слушатели, – рыжий бард элегантно поклонился, стоя на табуретке, он даже ни на секунду не потерял равновесия, – Позвольте представиться. Меня зовут Кион и я известный странствующий бард.
– Да уж слыхали мы о твоих похождениях, – выкрикнул кто-то из толпы и весь зал залился громким хохотом. Приключения и не совсем удачные любовные похождения барда с мечом вместо музыкального инструмента наверняка доходили даже до этих мест. Дядя Миша у стойки довольно хмыкнул. Да, тяжело будет барду увлечь эту толпу.
– Это хорошо, что вы наслышаны, – казалось, Киона это никак не задело и он продолжил все тем же веселым тоном, – Сегодня я расскажу вам три невероятные истории. Если хотя бы одна из них покажется вам интересной, попрошу не скупиться на аплодисменты.
Бард ловко спрыгнул с табуретки и сел на нее, уперев ступни в перекладины. Он осмотрел всех присутствующих в зале, словно бы оценивал, какие истории могут понравиться такой сложной аудитории. Трактирщик за стойкой сложил руки на груди, наблюдая за ним, а толпа терпеливо ждала, когда же Кион начнет. Хотя, выглядело это так, будто все просто безразлично продолжили пить свой эль и пиво.
– Хм, думаю, первая история будет о том, как я смог покорить сердце одной прекрасной знатной дамы, – через минуту раздумий произнес бард, приложив указательный палец к подбородку.
– Я так и знал, что нам придется слушать нечто подобное, – разочарованно вздохнул кто-то в толпе.
– Не спешите делать выводы, – Кион выпрямил спину и закинул ногу на ногу, покачивая ею, – В этой истории есть все – и любовь и драма, погоня и коварство, а также лихой финал с яркими приключениями!
Толпа смерила барда скептическими взглядами. Все были наслышаны, какие истории обычно рассказывал Кион. Его рассказы всегда были слащавыми и предназначались только для нежных ушей милых барышень, а не для бывалых путешественников, коих здесь собрался целый зал. Никто из них не верил, что в историях Киона будет нечто захватывающее, как он сам пообещал.
