"Такое мировоззрение руководителя нашей внутренней политики, – говорит Милюков, – практически привело к систематическому бездействию его ведомства и к самоограничению центральной власти одной задачей – санкционирования плодов того, что на языке революционной демократии называлось революционным правотворчеством. Предоставленное самому себе и совершенно лишенное защиты со стороны представителей центральной власти население, по необходимости, должно было подчиниться управлению партийных организаций, которые приобрели в новых местных комитетах могучее средство влияния и пропаганды определенных идей, льстивших интересам и инстинктам масс, а потому и наиболее для них приемлемых".
Если об этом так говорит Милюков, сам принимавший ближайшее участие в свержении Царской Власти в России, то что же было в действительности! "Не лучше обстояло дело и в других ведомствах. Всюду царила полная неразбериха, ибо ни у руководителей ведомств, ни у правительства в целом не было никакого определенного систематически осуществляемого плана. Ломали все старое, ломали из призрачного страха возврата к старому, ломали, не думая о завтрашнем дне, с какой-то безумной поспешностью все то, о чем сейчас начинает сокрушаться весь русский народ..." ("Старое Время", 18/31 декабря 1923 г., № 13).
"...Всего несколько месяцев, как известно, продержалось Временное Правительство у власти – это правительство, составленное из красы и гордости русской прогрессивной общественности. Сдавая постепенно позицию за позицией социалистам, русская общественность довела страну до большевизма гораздо скорее, чем это ожидали самые заядлые пессимисты того времени. За кратковременное свое существование Временное Правительство все же успело:
Попрать всякую в стране свободу, всякое право и всякую справедливость.
Разрушить воинскую дисциплину и тем уничтожить совершенно всякую боеспособность в русской армии.
Нанести удар важнейшему устою общественной жизни – праву собственности. Словом, решительно все, ради чего прогрессивная общественность вовлекла доверившийся ей народ в революцию, все оказалось ложью и обманом.
Манили свободами и правовым порядком – привели к худшей форме крепостного права, бессудию и террору.
Манили землею – на деле отняли хлеб и довели до голодной смерти.
Обещали победу – привели к разрушению армии, неслыханному бесчестию и позорному миру.
Восхваляли народовластие, а учинили деспотию III интернационала.
Свергли Царя за то, что не хотел дать ответственное министерство и прервал сессию Государственной Думы, а сами вовсе упразднили Государственную Думу и всю власть законодательную, исполнительную и даже судебную сдали на руки безответственных людей..." (там же, № 17).
К этим словам г. Мглинского я могу сделать только одно добавление. Разрушалась Россия
Все это создавалось умышленно с единой целью – уничтожить самую возможность сопротивления и укрепить свою власть. И с помощью ужасающего террора такая возможность была действительно вырвана с корнем, тогда как "заграница" объясняла покорность вымирающего от голода и истребляемого казнями населения "натурой" русского народа и его соучастием "новому режиму".
Но кто же догадывался, что в основе всех этих ужасов лежали еврейские религиозные цели, и кто даже теперь поверит тому, что царизм подлежал уничтожению именно потому, что воплощал собой христианские цели, являясь самым опасным врагом жидовства?
Истреблялся русский народ тремя способами:
1) убийством,
2) голодом и
3) нравственными пытками.
Здесь был сознательный умысел и никакие оправдания и объяснения не опровергнут такого утверждения. Бездарность же и абсолютная неграмотность как Временного Правительства, так и советской власти в сфере управления правительственным аппаратом сказывались в разрушениях, причиненных государству, а не в гибели десятков миллионов христианского населения, сознательно допущенной столько же по общегосударственным соображениям новых правителей России, сколько и в целях закрепления их власти.