Хауэр залпом осушил стакан виски, но спиртное влилось в горло, как вода, и, более того, генерал стал чувствовать, что трезвеет, будто выпил не стакан «Анкора», а отрезвительную микстуру.
«Тогда уж лучше записку типа: в моей смерти прошу винить… а кого, собственно, винить-то?» – снова подумал Эндрю.
– Эй… Эндрю!
Хауэр недоуменно повернул голову и увидел, что его толкает в бок полковник Вайцев, командовавший линкором «Коршун».
– Чего?
– Ну что молчишь, словно воды в рот набрал? Расскажи какую-нибудь историю. Я слышал, тебя чуть было не торпедировали?
– Ну, было дело…
– Вот и расскажи, как дело было… чтобы мы тоже в случае чего смогли отбиться.
– Да, расскажи, – поддержали остальные.
– А то пираты совсем оборзели… на крейсера уже кидаются!
– Да обыкновенно дело было, – начал свой рассказ Хауэр, понимая, что болтать лишнего не следует, и не столько из-за страха, что они могут его сдать, сколько для того, чтобы не подвергать опасности их жизни.
– Ну ни минуты покоя, – проворчал лейтенант Фейц, стоя в темном тупике и застегивая ширинку. И еще не успев застегнуть ее как следует, побежал к дверце мусоровоза, на сиденье которого пищала рация, призывно помигивая красным огоньком.
Фейц схватил ее за секунду до того, как на нее чуть было не наложил лапу настоящий водитель грузовика. Пьяный в стельку, он лежал на соседнем сиденье. Нетрудно было догадаться, что случилось бы с переговорным устройством, дотянись до нее этот алкаш. Как и все люди в подобном состоянии, он бы захотел избавиться от раздражителя и в лучшем случае просто выбросил бы рацию в окно на дорожное покрытие, где та еще могла уцелеть, но, скорее всего, учитывая буйный нрав парня даже в трезвом виде, – раздолбал бы ее о стойку.
– Слушаю, «первый»…
– «Второй», ты где пропадаешь?!
– Отлить ходил.
– Почему не предупредил?
– Извините, этого больше не повторится, – покаянно ответил лейтенант Фейц капитану Римбау, хотя никакого раскаяния по этому поводу он не чувствовал. В конце концов, выпитое пиво требовало выхода наружу. – Думал, успею…
– Успеет он… Ладно, приготовься, наблюдатель докладывает, что объекты уже в том состоянии, когда они вот-вот засобираются по домам.
– Всегда готов! – браво отозвался Томас и чуть было не вскинул ладонь ко лбу.
Хорошо хоть этого не видел начальник, но наверняка по голосу все понял. Трезвящие таблетки хоть и сделали свое дело, но пивные пары все равно немного дурманили голову. Но что поделать – издержки работы.
Рация прошипела в ответ что-то нечленораздельное и отключилась.
– Да отвали ты! – рявкнул Томас и чувствительно толкнул лезущего целоваться водителя мусоровоза в лицо.
Того отбросило на боковое стекло, и он сразу затих и захрапел.
Кого имел в виду капитан под словом «объект», лейтенант знал, поскольку являлся не просто исполнителем, а одним из очень немногих людей, посвященных во все дела… по крайней мере, он так думал.
Объект – генерал крейсера «Стилет» и два его офицера, которые побывали там, где им быть не положено. Убийство свидетеля всегда крайний способ решения проблем, поэтому Фейц как-то поинтересовался, почему их решили ликвидировать, не лучше ли завербовать нерадивых офицеров Флота и, таким образом, сохранить секретность.
– В данном случае нельзя, – ответил капитан Римбау. – Мы не сможем гарантировать секретность своих мероприятий, поскольку ими рано или поздно заинтересуется Десятый отдел, когда поймет, что к чему, проанализировав все несоответствия в отчетах этого Хауэра и его команды. Они допросят генерала с пристрастием и поймут, что ко всему происшедшему причастны мы, и тогда начнется такая свистопляска что только успевай у себя чужих агентов выявлять…
– Ясно, сэр… но с вечеринки они будут возвращаться не одни. Генерал пригласил своих друзей…
– Что ж… невинные жертвы войны, – печальным голосом пояснил капитан Римбау. – К тому же так будет более достоверно.
– Как поступить с еще пятью лейтенантами-операторами, сэр?
– В течение месяца они все отправятся вслед за своими командирами. Кто-то отравится несвежим паштетом, у кого-то вишня в горле застрянет, кто-то на лестнице споткнется.
– Ну, хорошо. А что делать с командой? Не будем же мы ликвидировать пятьсот человек экипажа «Стилета», сэр?! Ведь командный состав наплел им с три короба, дескать, массовая потеря сознания – это эффект какого-то сбоя в генераторе противорадиационного поля. Тем более что рядовые матросы, да и палубные офицеры не знали, где пролегал их маршрут, и всякое могло случиться, особенно вблизи Аномальной зоны, мог и генератор забарахлить… но ведь долго такое в секрете все равно не останется.
– Нет, конечно. Ликвидация всей команды крейсера – это действительно перебор, – усмехнулся капитан. – Но у нас кое-что намечается… тебе пока об этом знать незачем. А если сорвется, то придумаем что-нибудь еще…
– Понятно, сэр.
