Когда она вернулась в гостиную, они уже убрали тарелки, и Эндрю открывал следующую бутылку, а Конор рассказывал историю о том, как, будучи первокурсником, познакомился на вечеринке с Дэном.
– Я пошел на кухню за напитками и отсутствовал максимум минуты три, а когда вернулся, он был тут как тут, объявился откуда ни возьмись и уже зажал Джен в угол, паршивец. Я отсутствую всего три минуты, а он уже подбивает клинья к моей девушке, и она тает!
– Ничего я не таяла!
– Ты лгунишка, Дженнифер, я хорошо помню, ты была полностью очарована его болтовней, ты наматывала прядь волос на палец, как ты это любишь делать… – Джен смеялась, краснея, а Дэн отрицательно тряс головой.
– Все это ложь. Все это ложь, – твердил он. – Это она не хотела от меня отставать…
Они отодвинули стол обратно к стене и расселись вокруг искусственного камина. Дэн поставил альбом популярной рок-группы, сел на диван и, завладев рукой Нат, притянул девушку ближе к себе. Лайла лежала на полу, положив голову на колени Эндрю, и просила еще раз рассказать историю Джен и Конора.
– Ну, давайте, я обожаю историю Джен и Конора.
И Джен стала рассказывать, как в то лето, когда ей исполнилось шестнадцать, ее отправили погостить у тети Рут в Балтиморе, Уэст-Корк, и как на вторую неделю своего пребывания они со своей двоюродной сестрой Кей подначили друг друга отправиться купаться нагишом в укромную маленькую бухточку в миле-двух от города.
– И вот мы решили сплавать наперегонки до буйка, который был… не знаю… метрах в ста от пляжа. И когда мы до него доплыли и повернули назад, то увидели, что на пляже сидят люди. Ужас, ужас! Болтаемся мы, значит, в воде возле буйка, а Кей говорит, мол, не беспокойся, они просто гуляют, к тому времени, как мы приплывем, они уйдут. Так что мы поплыли назад, медленно-медленно, и было чертовски холодно. Мне страшно хотелось вылезти из воды, и когда мы приблизились, то увидели, что это два парня и они никуда не собираются уходить. Они просто сидели. Метрах в десяти от того места, где лежала наша одежда. – Она прикрыла глаза рукой. – Господи, это был кошмар, нам делалось все холоднее и холоднее, и было ни капельки не смешно, я видела, что у Кей посинели губы, поэтому я подумала, да плевать, и выскочила из воды и побежала изо всех сил на берег… – Она засмеялась, качая головой.
– А я сидел там, – подхватил Конор, – со своим братом Ронаном. Он видит эту девушку в чем мать родила и начинает укатываться от смеха. А я так и застыл с разинутым ртом и вытаращенными глазами. Просто не мог поверить. В жизни не видел ничего столь прекрасного. – Он усмехался, глядя на Джен, которая закрыла лицо руками. – А на следующий день я увидел ее в городе, а она увидела меня и вся залилась краской – стала такого цвета, как сейчас. И все. Я влюбился.
Лайла и Эндрю медленно танцевали под музыку, а Конор и Джен, как подростки, целовались на диване, так что Натали и Дэн оказались на кухне в роли мойщиков посуды.
– Надеюсь, они не будут заниматься этим все время, пока я буду жить у них, – сказал Дэн, кивая головой в сторону Джен и Конора.
– О, так ты к ним все-таки переезжаешь? Я думала, Джен наложила вето.
Дэн приподнял бровь.
– Ну, насколько мне известно, нет. Кон сказал, что все будет нормально. Она ко мне привыкнет. – Он подмигнул Натали. – Я могу быть вполне милым, когда постараюсь.
– Конечно, можешь, малыш, – сказала она, и когда он наклонился, чтобы ее поцеловать, подставила щеку вместо губ.
– Он опять за тобой волочится? – В дверях, наблюдая за ними, стоял Эндрю, танец закончился. – Честное слово, ни на секунду нельзя его оставить без присмотра.
– Ни на секунду. Вот держи. – Дэн бросил в него посудное полотенце. – Принимай эстафету, мне надо сменить музыку.
Эндрю подошел к Натали.
– Брось, – сказал он. – Я потом домою.
– Не глупи, я все равно уже мою.
Он приобнял ее.
– Что бы я без тебя делал?
– Все время мыл бы посуду, потому что вряд ли ты когда застанешь Лайлу в резиновых перчатках.
Его рука все еще обвивала ее плечи, и она опять испытала ту же смесь чувств: счастье и легчайшую тень страха.
– Нам с тобой надо чаще видеться. Мне не хватает тех наших бесед, что мы вели во Франции.
– Да. Мне тоже не хватает. – Она подняла на него взгляд, а он ей улыбнулся, и она почувствовала, как горячие слезы закипают в глазах.
– Ой! – В кухню ворвалась Лайла с двумя стопками в руке. – Вот. Текила.
– Я завтра работаю, Лайло, – сказала Натали.
– Мы все работаем! – Она впихнула стопку в руку Натали. – Ну же! Ты должна. Сегодня моя годовщина.
– Вообще-то наша, – заметил Эндрю.
– Да-да, не все ли равно? Пей.
Натали взяла стопку и опрокинула в себя ее содержимое, проглотив его как можно скорее и скорчив гримасу.
– Бэ!
Лайла чмокнула ее в щеку, схватила за мыльную руку.
– Идем. Дрю это доделает. Пойдем потанцуем со мной. – Она потащила Натали в гостиную, и они все вместе запрыгали по комнате под «Диско-2000»: Дэн, Конор, Джен, Лайла и Натали.
