60-й год нашей эры. Британия в смятении. Лидер повстанцев Боудикка познала вкус победы над отрядом закаленных ветеранов в Камулодунуме.Предупрежденный о стремительно распространяющемся мятеже, наместник Светоний ведет свою армию к находящемуся под угрозой уничтожения Лондиниуму с конным эскортом во главе с префектом Катоном. Вскоре становится ужасающе ясно, что провинция Британия погружается в хаос и панику, а ряды Боудикки пополняются все большим количеством бриттских воинов. И Катон, и Светоний с горечью осознают, что было сделано слишком мало для подготовки, чтобы противостоять полномасштабному восстанию.Из Лондиниума приходят неутешительные новости. Центурион Макрон числится среди пропавших без вести после резни в Камулодунуме. Принял ли товарищ и друг Катона свой последний бой?Оказавшись перед лицом катастрофы, Катон готовит свой следующий шаг. Смеет ли он надеяться, что Макрон — израненный в боях, но не сломленный — сбежит от кровожадных мятежников? Ведь есть только один человек, которому Катон сможет полностью довериться в ходе самой важной военной кампании в его жизни. А будущее Империи в Британии висит на волоске…
(Rebellion)
Любительский перевод
Над переводом работали: Нуржан «turk.legioner» (Астана),
Джандиэр «CeaserDzhandier»
Римская армия в провинции Британия
Центурион Бернардикий, старший центурион Девятого легиона;
Квинт Петиллий Цериал, легат Девятого легиона, опрометчивый полководец;
Префект Катон, командир Восьмой Иллирийской вспомогательной когорты;
Гай Светоний Паулин, пропретор и наместник римской провинции Британия, совершивший ошибки, но полный решимости сокрушить Боудикку и ее последователей;
Цестий Кальпурний, легат Двадцатого легиона;
Пений Постум, префект лагеря Второго легиона сомнительной надежности;
Префект Трасилл, командир Десятой Галльской вспомогательной когорты;
Центурион Туберон, командир конного контингента Восьмой когорты;
Центурион Галерий, старший центурион Восьмой когорты;
Центурион Гитеций (в отставке), ветеран легионов, которому нечего терять;
Центурион Макрон (в несколько меньшей отставке), ветеран легионов и лучший друг префекта Катона;
Агрикола, трибун в штабе наместника, «зеленый» новичек, которому, однако, суждено совершить великие дела, если ему удастся прожить достаточно долго;
Центурион Веспиллий, исполняющий обязанности командира гарнизона Лондиниума, едва справляющийся со своими задачами;
Фриген, хирург Восьмой когорты.
Римские граждане
Клавдия Актэ, возлюбленная префекта Катона и бывшая сосланная фаворитка Нерона, ныне живущая инкогнито;
Петронелла, жена Макрона, бесстрашная и грозная, любовь всей жизни центуриона-ветерана;
Порция, мать Макрона, столь же бесстрашная и грозная, сколь и свиду хрупкая;
Луций, сын Катона маленький сорванец, активно познающий окружающий его мир;
Денубий, разнорабочий Порции, верный слуга;
Каций Дециан, прокуратор провинции, коварный оппортунист с разрушительными последствиями.
Меций Грамий, штатский человек, слишком влюбленный в звучание своего голоса.
Восставшие
Боудикка, царица иценов, гордая предводительница всех жестоко угнетаемых Римом;
Сифодубн, знатный ицен, который считает, что он должен быть главным;
Бардеа и Мерида, дочери Боудикки;
Белломаг, лучший воин племени иценов;
Тонгдубн, храбрый иценский воин, но плохой пловец.
Колонна попала в беду. Центурион Бернардикий, командир Первой когорты Девятого легиона[1], почувствовал это в тот момент, когда заметил врага, прикрыв глаза от яркого солнечного света. Далекая вереница всадников наблюдала за приближающимися римлянами с невысокого хребта в километре впереди. Сначала центурион принял их за разведчиков легиона, прикрывающих продвижение легата Цериала[2] и его солдат. Но было что-то неправильное в расположении всадников, и тогда он заметил отсутствие какого-либо штандарта и красного гребня декурионского шлема.
«Как, Плутон их побери, группе мятежных всадников удалось проскользнуть сквозь линию разведчиков?», — задавался он вопросом. «Декурион, командующий конным разъездом, неизбежно попадет под раздачу острого на язык легата, когда колонна разобьет лагерь этой ночью. Если предположить, что до этого момента враг не причинит ей никакого вреда». Бернардикий прищурился на солнце и подсчитал, что осталось идти еще три часа, прежде чем легат отдаст приказ остановиться и возвести оборонительный вал походного лагеря. Может быть, и дольше, учитывая позднюю остановку накануне. Тогда у них останется только время для установки частокола из заостренных кольев для охраны лагеря. Ни рва, ни вала.
Бернардикия беспокоила неспособность легата следовать армейской доктрине по подготовке обороны на марше по враждебной территории. У него не было особых сомнений относительно какой-либо опасности, учитывая инструктаж Цериала накануне их выдвижения из каструма легиона в Линдуме двумя днями ранее. Пришло донесение от старшего магистрата колонии ветеранов в Камулодунуме, в котором сообщалось о восстании племени иценов и их триновантийских союзников. Магистрат узнал, что повстанцы направляются к Камулодунуму, и попросил Девятый легион выступить на помощь ветеранам.
Будучи старшим центурионом легиона, Бернардикий высказал легату свои опасения, но получил в ответ лишь разъяснения, полные высокомерия и пренебрежения.
— Мы имеем дело с разношерстной толпой вооруженных землепашцев, — усмехнулся Цериал. — Во главе с отбросами той касты воинов, которая пережила завоевание. Нам нечего бояться такого сброда. Они бросят один взгляд на авангард Девятого легиона, развернутся и помчатся в безопасные леса и болота своих земель.
— Надеюсь, вы правы, легат, — дипломатично кивнул Бернардикий. — А если они останутся, и будут сражаться?
Губы Цериала расплылись в холодной улыбке. — Тогда мы раздавим их, рассеем всех выживших и распнем зачинщиков. После этого я сомневаюсь, что у какого-либо племени на этом острове, живущего под нашей властью, найдутся настолько крепкие яйца, чтобы когда-либо снова восстать.
