Монография посвящена одному из социально-политических явлений Смутного времени начала XVII в. восстанию Болотникова. Анализируются этапы, ход, предпосылки, причины восстания, его природы и историческое значение. К книге имеются обширные приложения и цветная карта.
Задача, которую я ставил перед собою, приступая к написанию этой книги, может быть определена следующим образом. Необходимо было собрать все, что сохранилось в источниках о восстании Болотникова, и на основе этого воссоздать картину восстания.
Сформулированная в такой общей форме задача исследования, однако, весьма слабо раскрывает специфику данной темы, состоящую в том, что количество источников о восстании Болотникова, дошедших до нас, относительно невелико — во-первых, и чрезвычайно сложно по своему составу — во-вторых.
Указанные черты темы обязывали к возможно полному учету источников и к максимальной интенсивности в их использовании. Таким образом, уже с самого начала было ясно, что в успехе или неудаче поставленной темы огромная роль должна была принадлежать технике исследования, иными словами: источниковедческой стороне проблемы. И действительно, ход работы над книгой показал, что проблема источника являлась первой, которую предстояло разрешить для любого вопроса или этапа в истории восстания.
Картина имела такой вид.
С одной стороны, источники развертывали перед вами многообразие свидетельств и версий, не только противоречивых, но и нередко взаимно исключающих друг друга. С другой стороны, по ряду кардинальнейших вопросов не было никакого материала.
К этому надо добавить, что предшествующая литература вопроса давала очень мало опорных точек, которые могли бы быть использованы для дальнейшего анализа. Достаточно сказать, что даже элементарная хронологическая сетка событий восстания оказалась весьма уязвимой для критики и потребовала ряда серьезных изменений и исправлений.
Давая общую характеристику источников по истории восстания Болотникова, следует указать, как на главную их особенность, — на их тенденциозность и недостоверность. Первая из указанных черт может быть названа принадлежностью по преимуществу тех источников, которые происходят из лагеря врагов восстания (хотя от тенденциозности далеко не свободны и другие источники). Что же касается недостоверности источников, то под этим углом зрения требовалось подвергнуть проверке прежде всего источники мемуарного характера, где основной вид известия, с которым приходится иметь дело исследователю, это слух, со всеми присущими ему чертами. (Но само собой разумеется, что и для источников документального характера критерий достоверности являлся обязательным и без критики показаний источников в этом плане было невозможно их использование.)
Здесь было бы неуместно перечислять всю совокупность употребленных в данной работе приемов и способов для проверки показаний источников. Однако следует подчеркнуть, что исходной предпосылкой для критики источников являлся общий взгляд на восстание Болотникова как на крестьянское восстание против феодального гнета. Именно определение общей природы восстания Болотникова и выяснение расстановки классовых сил в период восстания давали ключ к раскрытию тех мотивов и интересов, выражением которых и являлась тенденция, обнаруживаемая в свидетельствах источников о восстании и его деятелях. Необходимо также отметить и другое. Тенденция источников о восстании Болотникова сама являлась одним из важнейших источников для характеристики той стороны восстания, которая заключалась в идеологической борьбе в период восстания — борьбе, в которой обе стороны — и восставшие и правительство Василия Шуйского — участвовали со всей остротой и страстностью, присущей восстанию в целом.
Итак, источниковедческие моменты — одни из самых существенных в книге.
Не трудно убедиться в том, что на протяжении всего текста книги мне пришлось ставить и решать весьма большое количество вопросов источниковедческого порядка. Я не могу считать, что все предложенные мною решения в равной степени бесспорны. Однако я должен вместе с тем сказать, что я считал своей обязанностью исследователя отмечать меру и степень вероятности решения данного вопроса, как это обусловливалось состоянием и характером источников. Во всяком случае, моя ответственность как автора полностью распространяется и на область анализа источников и текстов.
Я позволил себе начать характеристику книги с моментов источниковедческого порядка. Это объясняется тем, что первая из задач, которую я себе ставил, — воссоздание, возможно более полно, хода восстания Болотникова, — могла быть разрешена лишь на путях преодоления всех тех трудностей, которые вытекали из состояния источников.
