– Может быть. – Тут я вспомнил телефонный разговор отца со своей бывшей. – А может, это его жена? Ну, в смысле, та, с которой он развелся.
– Почему ты так решил? – насторожилась Регина.
– Когда я приходил к нему, она звонила. И явно угрожала ему. Что-то они не поделили, это факт.
– Что, прям-таки угрожала? – оживилась Регина. – Ты уверен?
– Уверен. Ему было неприятно. Он, можно так сказать, был смущен.
– Так что ж ты молчишь, пропащая твоя душа! – Ясные глаза Регины азартно заблестели. Я и подумать не мог, что в столь тщедушном теле таится такой боевой дух. – Мы должны разыскать Костину супругу. Разузнать все про нее. Если это она наняла убийцу – найти доказательства. Ты готов потрудиться? – Она окинула меня оценивающим взглядом.
Это был, мягко говоря, странный вопрос. Что мог ответить ей я, с загипсованной рукой, час назад блевавший у нее посреди гостиной? Я немедленно поеду на поиски разведенной супруги отца? Особенно весело это было в свете того, что я наверняка уже объявлен в розыск. Выйду на улицу – тут меня и сцапают. Тем не менее я кивнул. Я просто не мог разочаровать ее, не мог сказать нет.
– Ну вот и славно, – обрадовалась она. – Пару дней ты отлежишься, а потом мы начнем поиски. Здесь ты в безопасности, никто не станет тебя тут искать. Главное, набраться сил. Я сварю куриный бульон. Тебе будет полезно.
С этими словами Регина одернула на мне одеяло и поспешила в кухню. Я лежал и думал: откуда берутся такие люди, как Регина? Ну вот откуда? Никогда прежде я не встречал человека, одновременно бесстрашного и наивного. Она верила мне. Называла по имени. Кормила булочками и мандаринками. Варила для меня бульон. И собиралась запросто распутать серьезное преступление. Что-то возникло у меня в груди, какое-то томительное и одновременно сладкое чувство. От него хотелось заплакать. Но плакать я разучился еще в раннем детстве. Вместо этого я произнес длинное матерное ругательство, замысловатое и вычурное, – его у нас на зоне любил употреблять бугор Генка-кривой. После этого мне полегчало, и с удовольствием принялся вдыхать запах готовящегося бульона…
Регина помешивала ложкой в кастрюльке прозрачную жидкость с плавающими на поверхности янтарными колечками жира и думала, во что она влипла. У нее в квартире предполагаемый преступник, человек, уже отмотавший срок, оступившийся, а значит, неблагонадежный, способный на все, что угодно. Его ищут по всему городу. Ей придется на допросе лгать, чего она никогда в жизни не делала и не умеет. И она варит ему бульон! Регина в сотый раз задала себе вопрос – зачем она сделала это? Зачем впустила парня в дом, зачем позвонила Кириллу Савельеву, бывшему ученику, а ныне хирургу в травмпункте? И все это вместо того, чтобы просто вызвать полицию. Пусть разбираются, ей-то какое дело до всего это?
Ответить себе Регина не могла. Она не знала, что на нее нашло. Просто посмотрела в это серое, бескровное лицо и вспомнила Алину. Как он похож на нее! Как две капли воды. Бедная девочка. Несладко, наверное, ей пришлось. Помощи ждать было неоткуда, но она все же сохранила ребенка. А потом оставила одного в этом жестоком и равнодушном мире. Вот он и не справился. А кто справился бы в его положении?..
Бульон медленно закипал, наполняя кухню райским ароматом. Регина дождалась, пока он прокипит хорошенько, и выключила газ. Достала с полки глубокую тарелку, налила в нее половником бульона до краев. И тут же поняла, что сделала глупость. Полную тарелку ей не донести до комнаты – руки в последнее время стали дрожать и слабеть. Что делать? Вылить немного обратно? Или, может, Артем сможет дойти до кухни? Едва она подумала об этом, в коридоре послышались шаги. На пороге кухни возникла тощая фигура. Волосы всклокочены, под глазами черные синяки.
– Ты зачем встал?
– Я это… в туалет.
Он отвернулся. Регина деликатно промолчала. Артем скрылся за дверью ванной. Зашумела вода, Регина тем временем накрывала на стол. Нарезала хлеба, положила ложку, салфетку. Артем снова возник в дверном проеме, волосы и лицо его были мокрые. Очевидно, так он пытался взбодриться и выглядеть хоть немного презентабельнее. Регина забеспокоилась, что он намочил гипс, но нет, бинт на руке был сухой.
– Ты как? – спросила она его. – Сидеть за столом сможешь?
– Смогу.
– Ну тогда садись. Бульон остывает.
Артем окинул взглядом стол.
– А почему тарелка одна? Вы разве не будете есть?
Регина только теперь спохватилась, что действительно поставила лишь одну тарелку. В заботах о странном госте она совершенно позабыла о собственных нуждах.
– Я буду есть, – проговорила Регина с достоинством и достала еще тарелку.
Они сидели за маленьким столиком, друг напротив друга. Так же точно сидели они вместе с Костей три недели назад. Регина не удержалась и вздохнула.
– Поверить не могу, что Костя хотел меня обворовать. Что, интересно, ему было нужно? У меня же нет никаких ценностей. Денег тоже.
– Может, ему понадобилась какая-то из ваших картин? – не слишком уверенно предположил Артем.
Регина снисходительно улыбнулась.
