– А вы кто такой, черт вас возьми? – выкрикнул кто-то. Слоан не успела заметить, кто именно, но ей показалось, что это был турианец из команды гидропонистов.
Саларианца передернуло. Слоан почувствовала это даже сквозь туман своего раздражения.
И в самом деле – кто?
Но Танн был не из тех, кто готов потерять лицо перед толпой.
– Я понимаю ваше недоумение. – Он вновь коснулся руки Слоан, вероятно ища поддержки. – Я исполняющий обязанности директора Джарун Танн. Согласно протоколу преемственности я…
Слоан тряхнула головой, обрывая его на полуслове.
– Не так, – пробормотала она, после чего обратилась к собравшимся. – Мы попали в кучу говна, а это означает, что необходимы перемены. Вот что вам необходимо знать: Танн исполняет обязанности Гарсон. Я занимаюсь вопросами безопасности. – Она показала на третьего члена их маленького совета, приглашая ее подняться на соседний стол. – Это Фостер Эддисон, директор Колониаль…
– И советник исполняющего обязанности директора, – проговорила Эддисон себе под нос резче, чем это казалось необходимым Слоан.
Хорошо. Отлично. Если кто-то хочет откусить себе кусок побольше, то он вполне может попытаться сделать это здесь. Слоан наклонилась в сторону Эддисон и снова посмотрела на собравшихся.
– Мы трое – единственные выжившие старшие офицеры на борту. Мы разбудили вас, потому что станции необходима ваша помощь. Точка. Такова ситуация. А теперь давайте приступать к работе, потому что я хочу жить. И, как и все вы, я хочу, чтобы наша миссия увенчалась успехом.
Мертвая тишина.
Слоан сжала кулаки, ожидая, что Джарун Танн еще раз предпримет неуверенную попытку внести в происходящее свой кусок говна. Но на сей раз он, по-видимому, был согласен с ней и потому не сказал ни слова. Турианец-гидропонист несколько секунд глядел на Слоан, потом задумчиво кивнул.
Вскоре остальные начали обсуждать услышанное. Как показалось Слоан, вовсе не враждебно. Скорее наоборот – вдумчиво.
Хорошо.
Эддисон оглядела собравшихся и подвела итог всему вышесказанному.
– Мы помним слова Алека Райдера, – очень вовремя вставила Фостер. – Добраться сюда – лишь половина дела.
С внезапно расширившимися глазами (Слоан догадалась, что это саларианская разновидность реакции на миг озарения) Танн щелкнул своими удлиненными пальцами.
– А теперь, – сказал он гораздо демонстративнее, чем требовалось, – можно приступать к настоящей работе!
Некоторые из присутствующих рассмеялись. Но больше всего было тех, кто уверенно закивал.
Еще лучше. Упоминание имени Райдера сработало лучше, чем Слоан могла себе представить.
– Вы все знаете круг ваших обязанностей, – сказала директор службы безопасности, стараясь перекричать поднявшийся гул одобрения. – Делайте, что необходимо, стабилизируйте работу ваших систем. Пока мы занимаемся только этой секцией станции. Остальная все равно необитаема и не имеет атмосферы.
Однопрофильные специалисты начали собираться в небольшие группки. Слоан пришлось говорить еще громче, поскольку собравшиеся начали переходить от слов к делу.
– Если вам потребуется помощь, потребуется расчистить коридор или снять покосившуюся дверь, то у Накмор Кеш есть несколько сотен строителей. Приглашайте их.
Те несколько кроганов, что окружали Кеш, испустили громоподобный и абсолютно излишний рокочущий рев, сопровождаемый выкриками одобрения.
Танна передернуло, а Слоан усмехнулась тому, что выходка кроганов не обернулась всеобщей паникой.
Ну и достаточно. Все знали свои задачи. Старшие среди них будут поддерживать порядок.
Она слезла со стола. Толпа постепенно начала рассеиваться, в помещении то здесь, то там вспыхивали разговоры.
– Удачи вам всем! – сказал Танн, переходя на крик, хотя проку от этого было мало. Его голос был легким бризом против штормового ветра. Он развернулся и также спрыгнул со стола.
Слоан предложила руку Эддисон, которая с благодарностью ухватилась за нее.
– Вот так, – пробормотала она.
Губы Слоан расплылись в недоуменной полуулыбке.
Эддисон пожала плечами.
– Что бы ни случилось с Колониальным департаментом, я отсюда никуда не уйду, – тихо, но твердо сказала она.
Может быть, слишком пессимистично. Впрочем, Слоан не могла ее ни в чем винить. Пока вопрос основания колоний откладывался на неопределенное время. Может быть, это и мучило Фостер Эддисон.
Удовлетворяла ли ее роль советника при новом директоре?
Слоан бы точно на это не согласилась. Она ободряюще пожала руку Эддисон. Женщины обернулись и увидели перед собой Танна.
– Я думаю, это был прекрасный момент, – сказал саларианец довольным тоном, словно сам все и спланировал. – Если мы сможем поддерживать это исключительной важности единодушие и в будущем, то все у нас будет в порядке.
Если перед Слоан и затеплился какой-то луч надежды, то теперь он окончательно потух.
Спендер ждал поблизости, экран его омни-инструмента уже светился, записи были сделаны.
– Что ж, – живо сказал он. – Все прошло хорошо.
Слоан толкнула его плечом.
– Найдите мне кофе, – чуть ли не прорычала она. – Тогда мы поговорим о вашем «хорошо».
Он попятился, давая ей пройти.
