Несколько лет назад капитан Стольников и его бойцы впервые попали в Другую Чечню – параллельный мир, дикий и страшный, где много лет бушует кровопролитная война, где правят жестокие законы, а жизнь человека ничего не стоит. Много воды утекло с тех пор. Другая Чечня со временем стала стратегически важной зоной: туда зачастили военные, там проводятся боевые и спасательные операции, что-то изучается. Но самые ответственные задания до сих пор поручают только капитану Стольникову – первооткрывателю параллельного мира. Вот и теперь перед ним поставлена сложнейшая задача – найти и уничтожить опасного преступника, пособника Аль-Каиды, который скрывается от правосудия на территории Другой Чечни…
© Зверев С., 2013
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013
Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Стольников знал: есть ночи, которые могут длиться вечность. В такие ночи сидишь в лесу, окруженный бандой, идет дождь. Бойцы насквозь промокли, им хочется есть, но еще больше – пить. Несмотря на то что воды вокруг – хоть отбавляй. А в три часа с неба начинает падать снег. И бушлаты начинают парить, тяжелея. Боевики не прут напролом, потому что знают – скоро рассвет, и с разведвзводом Стольникова будет покончено. А капитан Стольников молит о том, чтобы рассвет наступил. Оперативная рота бригады уже у подножия поросшего лесом холма, и только темнота мешает ей взойти на него, чтобы вывести группу. Боязнь перестрелять своих удерживает обе стороны от решающего броска. И ночь тянется, тянется… И нет конца ей. Уж скорей бы что-нибудь случилось.
А есть ночи, что пролетают как сон, в одно мгновение. Ложась спать, Саша надеялся, что ночь укутает его одеялом забытья, прижмет к себе и будет самой долгой из тех, что он знал. Но, проворочавшись на кровати в городке при НИИ три часа и забывшись, он был разбужен в семь и понял: ночи не было. Нет и свежести, на которую он рассчитывал. А есть боль во всем теле, тяжелая, как после похмелья, голова и желание не подниматься, а зарыться в одеяло с головой.
– Саша, спишь?
Это был голос генерала Зубова. Старик пришел не для того, чтобы укутать капитана, это ясно. Стольников устало улыбнулся.
– Сон хороший приснился? – спросил Зубов, включая свет. Уличные фонари светили в окно, освещая кровать капитана. Так что улыбку Стольникова генерал заметил еще за мгновение до того, как вспыхнул свет в комнате.
– Сна не было.
– Плохие новости.
– Разве хорошую вы принесете?
Еще одиннадцать лет назад такой диалог был бы невозможен. Сейчас – вполне. Формально Стольников генералу не подчинен, он всего лишь выполняет его просьбу. Прикрывает задницу, как сказал бы он одиннадцать лет назад метрах в пятистах от Зубова.
– Заключенные покинули тюрьму.
Стольников как был – в трусах – резко поднялся и сел на кровати:
– Не понял.
Арестанты могли выбраться из «Миража» только одним способом – введя себе в кровь антидот, нейтрализующий ксеролит.
– Они его нашли.
– Кого его? – Еще не отойдя ото сна, Стольников соображал медленно.
– Нейтрализатор. Антидот. Они нашли его.
– В тюрьме был нейтрализатор?
– Именно.
– Зачем?!
– Москва настояла. Я был против, но начальству виднее.
– Зачем в тюрьме антидот вещества, удерживающего почти тысячу головорезов в одном месте?! – Он рывком поднял свое тело с кровати, смахнул со спинки полотенце и направился в ванную. – Мне надо умыться, товарищ генерал! – крикнул он оттуда. – Без этого я не смогу понять мудрости этой глупости!
Зубов отошел к окну и начал говорить, всматриваясь в светлеющие очертания гор:
– Мудаки, они велели ввезти антидот на тот случай, если случится пожар или что-то вроде этого.
Стольников вышел из ванной, вытирая полотенцем мокрое лицо:
– Гуманизм?
– Именно!
– Значит, ввезти в иной мир, в мир, в существование которого даже я поверить не могу, убийцу, и там его ширять депрессантами и прочей химией, допрашивать с пристрастием – это гуманно. А вот позволить ему сгореть – это не гуманно? Где логика?
– А ты спроси, в чем заключается логика! Сливать в этот регион космические суммы госбюджета, зная точно, что их разворуют и ни копейки не потратят на социальные нужды!
– Кремль откупается от «чехов», чтобы те не устроили третью чеченскую кампанию. Разве не понятно? – Стольников швырнул полотенце на кровать, подошел к шкафу и стал вынимать из него новый камуфляж. – Это всем понятно. Так что теперь с тюрьмой?
– Одновременно с тобой в Другую Чечню войдет подразделение конвойной службы, чистильщики, и тюрьма будет приведена в порядок.
– Подождите, подождите… – остановил его капитан. – Вы сказали – «одновременно со мной»?
– Да.
Саша сел на кровать:
– Вчера вы просили вынуть из тюрьмы троих отморозков, и я дал на это согласие, заручившись согласием бойцов. А сейчас, выходит, задание меняется ввиду отсутствия необходимости задания первого?
– Я еще ничего не говорил о твоем новом задании.
– А разве я давал на него согласие?
