Шли не спеша, на север, параллельно реке, держа между собой и пойменным лесом гряду холмов. Трава была зеленой, но не высокой. Изредка на пути встречались кусты. В сумерках вышли к небольшой речке. Нашли подходящие заросли кустарника, вырубили среди них крошечную поляну. Костер разводить не стали, подкрепившись скромными остатками еды.
— Спите, я покараулю. Завтра днем на носилках высплюсь, — негромко предложил Андреич. Все молча воспользовались его предложением и мигом уснули.
На безоблачном небе сияли яркие звезды. Их свет успокаивал, настраивал на медитативный лад. Старший компаньон не спал. У него проносились в голове воспоминания о событиях этого насыщенного, даже перенасыщенного, дня. Ближе к полуночи Маша вскрикнула во сне и села.
— Что ты? Приснилось что? — тихо спросил Андреич.
Маша всхлипнула.
— Ну перестань. Это просто нервы. Все пройдет.
В лунном свете было видно, как девушка опустила лицо и закрыла его ладонями.
— Тебе надо поспать. Завтра опять долго идти, — вполголоса успокаивал ее Андреич.
— Я боюсь.
— Что ты боишься? Вокруг все тихо и спокойно.
— Я боюсь засыпать. Мне ужасы снятся.
— Это твой мозг так перерабатывает воспоминания, чтобы снять лишнее нервное напряжение. Тебе снится страшное, чтобы вытеснить неприятные моменты вчерашнего дня.
— Неприятные? Да это был кошмар! — Маша на минуту замолчала. — Первый выстрел я сделала, целясь в ноги. Он был такой молодой, невысокий, смотрел на меня. Стрела угодила в пах. Он открыл рот, но даже закричать от боли не смог. И упал. Я видела его потом. Он полз к своим. Медленно.
— Если бы они добрались до нас, то убили бы. Мужчин точно.
— Я понимаю. Просто прихожу в отчаяние от бессмысленности случившегося.
— Они охотники. Мы для них были добычей или конкурентами. Они на охоте всегда рискуют. Такая у них жизнь. В данном случае охотникам не повезло.
Маша ничего не ответила. Она легла на спину, но не смогла так долго лежать: побаливало ребро. Потом легла на бок. Потом села, запрокинула голову и долго смотрела в звездное небо. Потом легла на живот и уснула.
Все были на ногах еще до восхода солнца. Памятуя о дневной жаре, решили по полной воспользоваться утренней прохладой. В десятке километров за речкой виднелись высоченные холмы предгорья. В разгар полуденного пекла путники были уже у их подножия. Добыли зазевавшегося олененка и остановились полноценно отдохнуть в тени небольшой рощи. Пока ели жареное мясо, рассуждали о дальнейших планах.
Андреич напряг память:
— Нам по-любому нужно к реке, и двигаться по ней, пока есть проходы. Так зайдем в горную страну. Потом будет высокий хребет, а может и два. Его надо преодолеть. Причем летом. Зимой там очень холодно.
— В любом случае можно не спешить. Надо где-то в долине, ближе к горам, найти место для стоянки и остановиться месяца на полтора, пока твоя нога совсем не заживет, — предложил Руслан.
— Да. Маше тоже прийти в себя не мешало бы. У нее ушиб ребер. На перелом не похоже. Месяца полтора как раз хватит, и двинем потихоньку в горы.
— Как горы-то называются?
— Бог его знает. Турецкие, — ухмыльнулся Андреич. — Помню, что по размерам они примерно как иранские, а за ними Черное море.
Пещера — не лучшее место для жилья. Сырые, холодные стены вытягивают здоровье из человеческого тела. Плохая вентиляция сказывается на состоянии органов дыхания. А если в ней обитали летучие мыши, то и того хуже — из мрака подземной вонючей кишки будут лезть насекомые: клопы, клещи, блохи, сороконожки и прочая мерзость.
Принимая во внимание такие обстоятельства, шестерка измученных в дороге людей выбрала для длительной стоянки один из неглубоких гротов в высокой, почти отвесной скале из светлого песчаника, тянувшейся вдоль реки.
Что интересно, река в обрамлении высоких скалистых берегов чуть умерила свое течение, превратившись в нечто похожее на неширокое озеро. По водной глади плыть было бы просто, а передвигаться пешком вдоль берега — нелегко, из-за постоянных провалов, оврагов, скал и прочих неровностей местности.
Поэтому после оборудования жилища, которое теперь могло бы выдержать нападение хоть сотни гельдов, изготовили легкую лодку-долбленку и разведали на ней предстоящий водный путь. Никаких порогов и перекатов на расстоянии полусуток плавания не встретилось. После этого изготовили вторую лодку.
За полтора с лишним месяца исследовали свой и противоположный берег Евфрата. По суше правда старались далеко не ходить, благо замечательно охотиться можно было и с лодки, высаживаясь на сушу где угодно.
Гельды встречались редко, в основном небольшие группки охотников. Поселение увидели лишь одно — на противоположной стороне, в удобной пещере. Там жило обычное — человек тридцать — племя, не проявившее никакой агрессии к проплывающим мимо незнакомцам. Даже удивительно, ведь где-то недалеко должны были быть те лихие ребята, что потеряли половину своих соплеменников в сражении на холме.
