Потом ЧВК часа три огрызалось станковыми пулеметами, активно маневрируя и уходя от ответного огня канонерок. Но все равно была вынуждена отойти, оставляя городок. Продолжать дальше бой было не реально. И так потеряли больше ста бойцов, что для ЧВК являлось чрезвычайно много. Тот уровень выучки и оснащения подразумевал более взвешенное и осторожное использование этих элитных войск. Но у Ренненкампфа просто не было резервов для прикрытия этого направления. А вся дивизионная и корпусная артиллерия была сосредоточена либо под Ляо-Яном, либо на севере Ляодуна. Вот и выкручивался как мог. Глупо. Да. Но хоть так. Совсем сдаваться без боя этот городок было нельзя.
Впрочем, ЧВК просто так сдаваться не собиралась. Так что Семен вновь со своими бойцами окапывался, подготавливая позиции и вспоминал свою вторую кампанию – уже в Южной Африке. Ведь действовать руководство компании решило именно в этом ключе…
Россия официально была в стороне и держалась нейтралитета, относительно англо-бурской войны. В отличие от трех ЧВК и частных лиц. Как «внезапно» оказалось, у русских офицеров уже несколько лет была очень популярной поездка на время отпуска в Трансвааль или Оранжевую республику. Для них тут даже несколько санаториев построили и стали организовывать регулярный комплекс развлечений вроде сафари, экзотического секс-туризма и прочих забав. Поэтому начало войны застало в тех краях немало русских офицеров, находящихся в длительном отпуске «по состоянию здоровья», то есть, не на действительной службе. И они, как один, вступились за «несправедливо обиженных» буров. Как частные лица, разумеется, записавшись добровольцами в армию Трансвааля и Оранжевой республики.
Случайность? Император Николай II разводил руками и уверял всех, что это именно она. Кто же знал? Только вот на территории этих двух полудиких стран по странному стечению обстоятельств нашлись «частные склады» с очень полезным для войны имуществом. Большими такими, просто колоссальными запасами. И принадлежали они подданным Британской Империи со странными фамилиями Маслоу, Сидороу, Иваноу… Так что даже ЧВК заезжало туда в совершенно гражданском облике, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Поначалу буры действовали также, как и в оригинальной истории – наступали и осаждали городки англичан. Только в этом варианте их поддерживало три ЧВК, что позволяло им таки брать города штурмом, а не просто осаждать. В ноябре 1899 года вновь восстали зулусы[1], провозгласившие свою независимость от англичан. Как несложно догадаться, вождь Бамбата сразу же вступил в переговоры с руководством Трансвааля и Оранжевой республики, заключив с ними военный союз. И что удивительно, на складах этих странных Маслоу и Петроу хватило карабинов с патронами и для зулусов. Раз – и буквально за месяц в Зулуленде образовалась чернокожая армия в пятнадцать тысяч бойцов, вооруженная современным стрелковым оружием. Да, без пулеметов и пушек. Но все равно – проблема и немалая. Особенно, если учесть, что действовали они с двенадцатитысячной армией Оранжевой республики и двадцатитысячной Трансвааля.
А потом наступил 1900 год и англичане, накопив спешно переброшенные в Южную Африку войска, перешли в наступление. Кое-кто приехал из метрополии, но в основном, стягивались колониальные части из других регионов Африки и Индии.
Объединенная армия конфедератов[2] медленно отступала, устраивая англичанам засады по пути продвижения и разбирая железнодорожные пути. А ЧВК действовали на коммуникациях, используя преимущества в мобильности, выучке и вооружения. Особенно вооружения, так как у них на руках были очень удобные средства для партизанской войны. В частности, 20-мм крепостное ружье Мосина, которое тот все-таки «допилил», и 37-мм гранатомет[3], разработанный все тем же Мосиным.
ЧВК действовали не единым массивом, а разбившись на взводы. В каждом имелось отделение с 37-мм гранатометами, отделение с крепостными ружья, отделение с ручными пулеметами и отделение прикрытия. В ближний бой они не вступали. Незачем. Они применяли тактику боевиков времен Чеченской войны. Скрытно подходили к важному объекту и обстреливали его. Если все складывалось удачно, то переходили в наступление и старались перебить весь личный состав. Если нет – отходили. Зачем рисковать лишний раз?
Специально охотились на железнодорожные составы, что обычные, что бронированные. Крепостное ружье надежно пробивали паровые котлы с безопасного расстояния, обездвиживая эту «железную гусеницу». А потом… а потом был суп с котом. То есть, обстрел парализованного состава. Как в тире. Благо, что боеприпасов было в регионе припасено очень много.
Совершались налеты и на обозы. Поджигались склады с казармы, посредством зажигательных снарядов из 37-мм гранатометов. Разрушались водонапорные башни и прочие хозяйственные сооружения. В общем – в тылу у наступающей армии творился настоящий ад.
