Впрочем, несмотря на все предпринимаемые усилия, японцы все-таки вышли на дистанцию пуска торпед и отстрелялись, добившись значительного количества попаданий. Две торпеды попали в борт эскадренному броненосцу «Петропавловск» с адмиралом Макаровым на борту. Противоторпедные були, которыми он был оборудован, не выдержали. Так как участок поражения оказался близкий. Из-за чего ему пришлось выбрасываться на мель у берега.
Еще по торпеде получил каждый из линкоров. Причем адмиральский «Святогор» – целых две. Но их противоторпедная защита сработала отлично. Так что только «Святогор» слегка перекосило, обеспечив двухградусный крен на правый борт и дифферент на корму в один градус. В любом случае флоту стало резко не до попытки догнать и покарать Того. И других дел хватало. Поэтому, чуть поколебавшись, Эссен принял решение – продолжать десантную операцию, которую изначально планировал как отвлекающий маневр.
Конечно, определенную угрозу представляла японская береговая и крепостная артиллерия. Но Николай Оттович не переживал на этот счет. Он прекрасно знал, что во многом она была представлена очень древними и крайне неповоротливыми орудиями, почти поголовно на дымном порохе. Частично даже гладкоствольными. Потому как ее комплектовали по остаточному принципу. Да еще и располагалась она на прикрытых лишь бруствером позициях. Поэтому эсминцы и корветы, вошедшие в бухту, прошлись своими пяти-шестидюймовыми орудиями как метлой, вычищая все, что стреляло в их сторону.
Кое-какие повреждения они все же получили. И два эсминца даже выбросились на мель, а один корвет тяжело просел на нос. Но для такой операции это были совершенно незначительные потери. Тем более что подтянувшиеся в залив Омура эсминцы поддержали наступление морской пехоты, занявшей 16-го числа Нагасаки, а 17 июня уже вошедшей в Сасебо – одну из главных военно-морских баз Японии тех лет, имевшей не только удобную якорную стоянку, но и военно-морской арсенал с судовыми верфями.
Японцы, отступая, конечно, постарались все взорвать. Где-то это получилось, а где-то нет. Согласитесь, непросто суетиться под огнем 20-миллиметрового электрогатлинга. Поэтому, например, сухой док принял поврежденный эскадренный броненосец «Петропавловск» уже 18 июня. В то время как линкоры ремонтировали путем управляемого крена. Очень опасного, но достаточного для того, чтобы привести в порядок разрушения подводной части противоторпедной защиты. Этим, правда, занялись только 20-го числа, когда стало ясно: японцы осели в Куре и не выходят оттуда, ожидая подхода англичан…
Порт-Саид встретил турецкого верноподданного Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-бея прекрасной погодой. Да, нещадно шпарило солнце. Но небольшие облачка удачно прикрывали корабль от изнуряющей жары южного Средиземноморья, а легкий бриз, вяло шевелящий море, наполнял все вокруг свежестью и легкой прохладой. Остап стоял на капитанском мостике и улыбался…
Он не так давно прибыл в Италию, где говорил с ужасным акцентом, похожим на турецкий. Нанял старый корабль. Загрузил его большой партией цемента. И выдвинулся в сторону Сиднея. Обычная торговая операция. Ничего особенного. Время от времени так поступали разные фигуранты. Где-то они представляли различные торговые компании, где-то вот так вот – выступали безымянными гостями, явно не желая «светить» своих настоящих заказчиков.
– Господин, – вежливо произнес капитан. – К нам поднялся штурман. Мы можем отправляться.
– Прекрасно, – кивнул Остап.
И через несколько минут пароход плавно начал свой разгон, заходя в Суэцкий канал. Шли не быстро, но и не медленно. Восемь-девять узлов.
Час шли. Два.
Наконец на ближайших холмах появилось несколько всадников в черных одеждах. У одного из них было зеленое знамя, украшенное белой арабской вязью. Появились и пропали.
Остап Бендер едва заметно кивнул стоящему подле него человеку, что прибыл вместе с ним в Италию «из Турции». И тот спешно удалился.
– Господин, не стоит переживать, – заметив это, сказал капитан.
– Меня пугают эти люди.
– Соглашусь, они выглядят опасными. Но что они сделают кораблю? Они на суше, мы на воде.
– Не знаю, но я лучше подниму всех своих. Мы должны быть готовы к отражению нападения. Мало ли что они задумали? Слышал, в верховьях Нила злодействуют пираты.
– У вас есть основания опасаться? Разве пиратам будет интересен цемент? Что они с ним будут делать? Заваривать вместо кофе?
Остап демонстративно напрягся и отвернулся, давая понять, что не желает продолжать этот разговор.
– Или мы везем чего-то, чего я не знаю? – после довольно долгой паузы добавил капитан. – Вы ведь не просто так испугались этих, с зеленым флагом. Они за вами пришли?
– За мной, – неохотно ответил Остап. – Точнее, за тем, что я везу.
– Я не хочу проблем.
– Очень надеюсь, что их и не будет. Мы на воде, они на суше. Как они нам могут угрожать? Разве что мину заложат. Хотя… какая мина? Все это вздор. Считайте, что я просто нервничаю.
– Что вы везете?
