Схватка в этой бухте английских и французских колонизаторов была, пожалуй, единственным случаем их открытой борьбы за Египет.
В 1882 году англичане подвергли бомбардировке Александрию, чтобы подавить выступление Ахмеда Араби — лидера национально-освободительного движения египтян против англичан. Особенно упорные бои шли летом того же года, и англичане, подогнав к Александрии свой флот, начали бомбардировку города. Русский путешественник Елисеев, посетивший Александрию в 1883 году, писал в своей книге ”По белу свету”: ”Уже первое впечатление прекрасного города, лучшие кварталы которого были разрушены бомбардировкой, было не в пользу надменных англичан, гордо прохаживавшихся теперь по улицам Александрии. Дальнейшее знакомство с новыми порядками, заведенными в Египте победителями Араби-паши, еще более увеличило это нерасположение, и я скоро стал искренне разделять убеждение всех честных египтян… Бомбардирование Александрии, превратившее многие кварталы ее в настоящую каменоломню, опсыпанную каменьями и наполненную едкою известковою пылью, представляет позорную страницу в истории английского флота, стрелявшего тяжелыми бомбами в беззащитный город”.
Я испытываю чувство искренней признательности к русскому врачу, путешествовавшему в прошлом веке, Александру Васильевичу Елисееву, любовь которого к Востоку, уважительное отношение к местным жителям может служить образцом для каждого, кто вступает на путь изучения истории и культуры народов зарубежных стран.
”Поездка на Дальний Север, совершенная в 1882 году, несмотря на весь интерес, вынесенный из продолжительных странствований по Лапландии, все-таки мало удовлетворила меня, — писал Елисеев. — Поэтому при первой возможности меня потянуло в знойные страны Востока. Небольшое практическое знакомство с арабским языком, французским Востока, выработанная привычка обращаться с ориенталами, заманчивость предметов, подлежащих наблюдению, и масса интересного материала, встречающегося там на каждом шагу, — все это стало манить меня на Восток всякий раз, когда представлялась возможность и заводилась лишняя деньга в кармане…”
Интерес и доброжелательное отношение отдельных представителей передовой русской интеллигенции к странам Востока, простое сочувствие к выходцам из этих стран — ”ориенталам”, как их называет Елисеев, попавшим, часто вопреки своей воле, в Россию, неизменно вызывали ответные добрые чувства и благодарную реакцию. Елисеев рассказывает, что египтяне во время английской бомбардировки Александрии избивали европейцев на улицах города — естественная реакция и проявление чувства ненависти простых египтян, на головы которых падают бомбы цивилизованных колонизаторов. «Одно слово „я москов” спасало русских от общей участи. С помощью этого магического слова /некий/ Ф-ко спасал неоднократно жизнь и себе, и своим соотечественникам, и даже иностранцам, прибегавшим под его защиту. Этот факт всего лучше иллюстрирует отношения ориентала к русским, еще более улучшившиеся после последней /русско-турецкой/ войны 1877-78 г., когда сотни тысяч мусульман, захваченных нами в плен, на себе самих испытали все радушие и гостеприимство русских».
Титульное название записок этого автора, изданных в трех томах в Санкт-Петербурге в 1894–1896 годах (работа над четвертым томом была прервана смертью автора), таково: ”По Белу-Свету. Очерки и картины из путешествий по трем частям Старого Света доктора А.В.Елисеева”. Все три тома богато иллюстрированы 11 известными художниками, имена которых вынесены на титул. Весьма искусные заставки к главам и многочисленные рисунки — не менее одного на каждой странице — все подписаны художниками и хотя, на мой взгляд, не всегда верно отражают географические особенности и все детали природы и быта народов тех стран, которые пометил Елисеев, тем не менее оставляют хорошее впечатление. И самое, пожалуй, любопытное, что эти записки, весьма популярные среди читающей публики дореволюционной России, внимательно следившей за работой Русского географического общества и его ”вечного труженика” и ”симпатичнейшего исследователя природы Старого Света”, как именует Елисеева петербургский издатель П.П.Сойкин, были адресованы молодежи. Экземпляры елисеевских томов, которыми я пользуюсь, довольно зачитаны, и каждый из них жирно проштампован: ”Детская библиотека 1-ой Московской женской гимназии”.
Но вернемся в Александрию. С невысокой стены форта открывается удивительный вид на город. Через узкий канал во внутреннюю гавань входят рыбацкие лодки и небольшие катера. Пологой дугой изгибается набережная. В своей самой старой части она засажена кокосовыми пальмами, которые издали кажутся расставленными в огромной зеленоватой вазе распустившимися гвоздиками. Упорные рыбаки с удочками сидят на огромных камнях мола. Один из них прямо у нас на глазах вытащил серебристую маленькую рыбку, чему несказанно обрадовался.
