Александр Костров – автор книги, предприниматель, регулярно пишет статьи на тему российско-турецких отношений в сфере промышленности, торговли, строительства и других отраслей экономики,генеральный директор компании Российско-Турецкое торговое партнерство (РТТП).В 2022 году Россия вышла на первое место среди торговых партнеров Турции, сместив на второе место Китай, а на третье – Германию. А Турция по итогам года поднялась с шестого на второе место в списке крупнейших торговых партнеров России. Как итог, в России растет число предприятий, желающих работать с турецкой стороной и развивать совместные проекты. Помимо активизации российских предпринимателей, приток турецких компаний и инвестиций позитивно отражается на улучшении инвестиционного климата на российском рынке. Турция выступает не только как партнер во внешнеторговой сфере, но и является источником капиталовложений в российскую экономику.В этой книге собраны статьи, которые отражают многогранность и потенциал двусторонних отношений наших стран.Книга будет полезна предпринимательскому сообществу и руководителям, для решения производственных, торгово-закупочных и транспортно-логистических задач своих предприятий. Книга также будет интересна всем тем, кто изучает российско-турецкие отношения.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Фото: Freepik / Порт Амбарлы
Экспорт не растёт, импорт стремительно падает
В условиях беспрецедентного количества санкций против России во внешней торговле страны наблюдается значительная трансформация.
До событий февраля 2022 года страны Евросоюза были крупнейшими торговыми партнерами Российской Федерации. В 2021 году внешнеторговый оборот между Евросоюзом и Россией составил 247,8 млрд евро – на 42,7 % больше показателя 2020 года, где на долю импорта из ЕС в Россию приходилось 36 %, а на долю экспорта – 64 %.
Санкции ЕС в отношении России в ответ на проведение «спецоперации» привели к возникновению так называемого «эффекта ножниц». Начиная с марта по май 2022 года, экспорт из России, который представлен преимущественно продукцией ТЭКа, сохранился, а поставки продукции машиностроения (технологический импорт) из стран Евросоюза существенно снизились.
Так, согласно данным Der Spiegel, импорт из Германии рухнул в марте на 57,5 % или на 2,5 миллиарда евро по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Россия опустилась с 5-го на 12-е место в рейтинге важных для Германии торговых партнеров.
По осторожным оценкам ЦБ РФ, по итогам 2022 года импорт упадет на 32–37 %. Многие же экономисты ожидают снижение импорта в реальном выражении более 50 %.
В связи с этим не случайно, что внимание российского бизнеса сосредоточилось на Турции. Она является связующим звеном между Европой и Россией, и сейчас представляется неким спасительным мостиком, который может превратиться в крупнейший транспортный хаб для европейско-российских перевозок.
Турция удобна с точки зрения складской инфраструктуры и логистики, а также имеет релевантный опыт экспорта запрещенных товаров из ЕС в Иран.
Правовая сторона вопроса
Для смягчения последствий санкций “недружественных” стран, Правительство России разработало законопроект по легализации так называемого параллельного импорта, целью которого является ввоз в страну определенных групп товаров, без разрешения правообладателя. Речь не идет о подделках или контрабанде. Продукция подлинная, на нее нанесен товарный знак, охрана которого продолжает действовать и в стране импорта. Товар ввозится на территорию Российской Федерации с соблюдением действующего законодательства, включая оформление и таможенные процедуры.
В настоящее время Правительство еще дорабатывает механизм параллельного импорта, так как он несовершенен.
Попрежнему есть высокая вероятность обращения правообладателя в суд, если он сочтет, что его права нарушены. Риски эти существенны – например, незаконное использование бренда может обернуться административным штрафом до 200 тыс. руб. с конфискацией товара, а незаконное использование изобретений и промышленных образцов – сроком до пяти лет лишения свободы.
При этом ответчику по делу придется предъявлять доказательства введения товаров в оборот за пределами РФ, т. е. раскрыть всю информацию о цепочке поставки от правообладателя до ответчика, чтобы индивидуализировать сам товар.
Если обратиться к юридической оценке, то не устранены следующие противоречия:
1. Правительство относит к «отдельным положениям Гражданского кодекса о защите исключительных прав» статью 1487 ГК (Исчерпание исключительного права на товарный знак). Эта статья не регулирует защиту исключительных прав, в отличие от ст. 1252 ГК (Защита исключительных прав) и статей Раздела 7 (Защита прав на товарный знак) Главы 76 Части 4 ГК.
2. Невозможность применения ст. 1487 ГК не исключает применение к соответствующим товарам ст. V. Принцип исчерпания исключительного права на товарный знак, товарный знак Союза Протокола об охране и защите прав на объекты интеллектуальной собственности (Положение 26 к Договору о Евразийском экономическом союзе).
Тем не менее, все-таки существует возможность судам отказывать правообладателю полностью или частично в защите его прав на товарный знак в соответствии с Постановлением Конституционного суда РФ от 13.02.2018 № 8П – в тех случаях, если правообладатель действует недобросовестно или злоупотребляет своими исключительными правами, например:
