В 1934 г. усиление ОКДВА продолжалось, но уже не такими стремительными темпами. Причина была в том, что для размещения новых частей не было ни жилого, ни казарменного фонда. Полностью отсутствовали возможности принять и разместить новые массы боевой техники — свободных помещений для этого не было. И чтобы принять новые части и новую боевую технику, нужно было строить и строить. А для этого нужна была новая квалифицированная рабочая сила. Всё, что имелось к тому времени на Востоке, было задействовано в текущем строительстве. И для развёртывания нового строительства нужно было гнать эшелоны с рабочими из европейской части страны, формируя строительные батальоны, которые тоже где-то надо было размещать. Поэтому к концу 34-го на Дальнем Востоке уже имелись многочисленные строительные части и войска особого железнодорожного корпуса НКТП, не входившие в штатную численность ОКДВА. Их общая численность составляла 115 000 человек. С учётом всех организационных мероприятий 1934 г. то есть на 1 января 1935 г. штатная численность ОКДВА достигла 238 533 человека. Самолётов было — 1437, танков — 1918, орудий средних и крупных калибров, включая береговую артиллерию — 1879. По основным соединениям имелось: авиационных бригад — 10, отдельных эскадрилий — 10, отдельных механизированных бригад — 3, стрелковых дивизий — 14, кавалерийских дивизий — 3, укреплённых районов — 9. И так же, как и в прошлом году, только два полка ПВО на весь Дальний Восток (73).
В Генштабе считали вполне естественным, что в случае войны на Западе Япония не упустит благоприятного шанса и сразу же начнёт боевые действия на советско-маньчжурской границе и в первую очередь в Приморье. Поэтому война на два фронта считалась естественной, и в Москве готовились именно к этой войне. В том же докладе отмечалось: «Исходя из вероятности одновременной войны на обоих театрах приходится признать, что западный театр нуждается дополнительно в значительном усилении…». Наличных сил подавления, в первую очередь самолётов и танков, было недостаточно и этим трёхлетним планом предусматривалось вдвое увеличить численность ВВС, доведя количество боевых самолётов к 1939 г. до 10 000. С учётом проведения всех мероприятий трёхлетнего плана численность РККА в 1938 г. должна была составлять 1 475 000 человек. Для ОКДВА (без флота) предусматривалось 25 стрелковых и 4 кавалерийские дивизии, 5 механизированных бригад и 6 артиллерийских полков РГК, а также 1800 боевых самолётов сухопутных войск и 500 самолётов флота. На Дальнем Востоке создавался авиационный кулак из 2300 боевых машин. В Москве считали, что наличие такого кулака вблизи японских островов отрезвляюще подействует на горячие головы в японском генштабе. Выполнение этих мероприятий, особенно для Дальнего Востока, где многое приходилось начинать на пустом месте в глухой тайге, требовало огромных ассигнований. Но в середине 30-х на усиление военной мощи страны денег уже не жалели.
Если в конце 20-х Реввоенсовету приходилось «драться» с Наркоматом финансов за каждую сотню миллионов рублей, то только на казарменное и аэродромное строительство по этому плану выделили 1,5 миллиарда. Общую сумму затрат автору так и не удалось подсчитать. Возникает вопрос: насколько реальным было такое планирование, соответствовало ли оно экономическим возможностям страны, не были ли все эти планы ничем не подкреплённой бумажной стратегией? К этому времени период шапкозакидательства конца первой пятилетки уже прошёл, и в Генштабе научились правильно считать и планировать. К 1939 г. основные цифры плана по общей численности и количеству боевых самолётов были выполнены. Во всяком случае, весной 35-го ни Ворошилов, ни Егоров, подписавшие документ, не сомневались в реальности этого плана.
Воздушный кулак на Востоке был создан, и в Токио об этом хорошо знали. Японская разведка, имевшая солидную агентуру и в Европе, и в Америке, очень внимательно наблюдала за развитием военной авиации крупнейших стран мира. Тщательно исследовалось и развитие воздушного флота СССР. Экспертов японского генштаба интересовали тактико-технические данные военных самолётов, которые в случае войны могли появиться над городами и долинами Маньчжурии. О большем эксперты не думали. Японские острова, отдалённые от суши сотнями и тысячами километров морей и океанов, считались совершенно недоступными для воздушного нападения любой державы мира.
