Это был вопрос, с которого стоило бы начать. Лига Шапки объединяла все воровские гильдии города на условиях добровольного членства. Впрочем, тот, кто не желал делаться добровольным членом, быстро становился членом мертвым. Нынче анваларом Лиги был человек по имени Григас, вор и бандит, думающий словно вор и бандит. И это пророчило непростое будущее организации, которую не сумело уничтожить даже трехвековое меекханское господство. И было неясно, как он отреагирует на подобную весть.

– Пока что – нет. Да я и сам узнал только пару часов назад. Если дело не прояснится до полудня, мне придется его посвятить во все. С чего ты намереваешься начать?

Вор задумался, склонил голову, прикрыл глаза. Потом тяжело вздохнул. Думать сегодня было невыносимо трудно.

– Ладно. Я никогда не был в этом храме, за исключением главного нефа, конечно же. Расположение помещений, обычаи братьев ордена и стражников, время молитв, еды, разделение обязанностей. Это будет твоей работой, Цет. Не гляди так, у тебя – полно людей, а у меня опрос всех братьев занял бы несколько дней. Неплохо было бы знать всё: что кто любит есть, кто не слишком жалует ночные молитвы или работу на кухне и всякое такое. – Он вздохнул. – Проклятие, да я не представляю себе, как Деаргон собирается держать все это в тайне.

– Если послезавтра Меч пронесут во главе процессии – все слухи подохнут сами собой. Что ты станешь делать?

– Я займусь Мечом. Где он хранился, как его стерегли, какова была система охраны и заклинаний. И каким образом, проклятущее проклятие, можно было незаметно выйти из храма, таща на спине пятьдесят фунтов лома.

– Меч хранится в подземельях, где-то тут лежала карта. Раз в месяц его выставляют на три дня для публики перед главным алтарем. Раз в год – проносят в процессии. Он не был охраняем никакими заклинаниями, и при нем не стояла стража.

– Никакая?

– Семь футов длины и пятьдесят фунтов лома, как ты и заметил. Однако прошу тебя, контролируй язык рядом с духовными особами.

– Буду. А еще я попытаюсь добраться до Рвисса и Альмарика.

– Я уже послал к ним людей. Если они как-то с этим связаны, то…

– Это контрабандисты, ты и сам частенько прибегал к их услугам. Им нет нужды знать, что они везут, довольно и того, что клиент заплатил. Более важны их знакомства среди стервятников побережья.

– Что-то еще?

– Тридцать империалов. И еще сто в мелкой монете, можно серебром.

– Сто оргов в серебре? И тридцать в золоте?!

После второго вопроса Цетрон принялся подозрительно присматриваться к нему.

– У тебя ведь нет намерения покинуть город?..

– Нет, но, как ты уже говорил, я стану действовать по-своему. Деньги пришли мне самое позднее к полудню.

– И откуда я вытрясу такую сумму?

– Одолжи, укради, выиграй в лотерею или продай этот дом. И – да, если нам удастся, стрясешь потом с Деаргона.

– Ты полагаешь, что я взял бы деньги с жреца?

– Я знаю, что ты возьмешь. Где я найду Кусара?

– В Берлоге, как обычно в этот час. Идешь к нему?

– Может, позже. – Альтсин поднялся, легонько покачнувшись, и зашагал к дверям, мужественно игнорируя головокружение и очередную волну дурноты. – Где я смогу тебя найти?

– Я наверняка буду здесь целый день.

– Чудесно. – На пороге вор повернулся: – Ах да, не посылай за мной людей, потому как я все равно сбегу. Говорю это, чтобы они не нервничали по пустякам.

Вышел, прежде чем Цетрон сумел уверить его в полном своем доверии.

* * *

Он пошел на юг, к Д’Артвеене.

Место это, по сути, районом не было. По крайней мере ни на одной официальной карте оно не указывалось как отдельная часть. Лежало сразу за устьем Эльхарана, в двух шагах от порта. Его не окружала стена, да и дома не отличались ничем особенным. Но любой, кто прожил в городе больше трех дней, знал, что не стоит там шляться без цели.

Обитали здесь чародеи. Не Мастера Магии, не представители легальных аспектов, шагающие Тропами Силы. Не члены самых серьезных братств и гильдий, кого приглашают во дворцы аристократии или в княжеские резиденции. Жители Д’Артвеены не развлекали князей и графов, не вмешивались в политику, не плели дворцовых интриг, не подкапывались под конкурентов и не тратили время на выяснение причин и смысла бытия Всевещности. Вместо этого они занимались магией. Обычной – от лечения чирьев, подагры, больных зубов, выкидышей – до накладывания и снятия порчи. Притом часто была это наимерзейшая магия, из аспектов, что не обладали даже собственными названиями, – или из Сил вне аспектированных Источников.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Сказания Меекханского пограничья

Похожие книги