Он жив. Отерся о доски борта, а потом чьи-то руки схватили его за одежду и вытащили из воды. Он слышал обеспокоенный голос, кто-то ударил его по лицу – раз и другой, насильно раскрыл ему глаза.
Альтсин перегнулся пополам и принялся блевать.
Он выжил.
Переплыл Реку Слез. Оказался спасен, и Эльхаран даровал ему жизнь.
Он встретил Явиндера там, где тот и обещал: за городом, на границе соленых болот. Ясновидец сидел на трухлявом стволе под купой рахитичных деревьев и, похоже, ждал его, всматриваясь в гладь крохотной запруды.
Альтсин успел переодеться, забрать из нанятой комнаты оружие и инструмент.
– Ты выжил, – хмыканье старика было едва слышным.
– Выжил. Река… – Вор заколебался. – У нее ведь есть душа, верно?
– У каждой вещи в этом мире есть дух, у ствола, на котором я сижу, тоже, а когда он сгниет окончательно, дух его станет частью духов насекомых, растений и грибов. Это – истина, известная ведьмам, диким колдунам и шаманам. Истина, которую меекханские маги, что стоят во главе школ аспектированной магии, и великие жрецы, правящие душами с золоченых тронов, хотели бы стереть с лица мира. Выводы, которые можно сделать из этого знания, пугают их до мозга костей.
– Не дух. Душа.
– Да. У нее есть душа. – Ясновидец не отводил взгляд от запруды, но его морщинистое лицо изломалось в короткой усмешке. – Видишь. Снова дрогнула.
По поверхности запруды, ямы в земле, шириной едва в несколько ярдов, разошлись ленивые круги.
Явиндер наконец-то взглянул на него. Белые глаза смерили вора с ног до головы.
– Ты идешь на войну?
– Это так заметно?
– Если знаешь, как смотреть… – Пожатие плечами было предельно красноречивым.
Альтсин всмотрелся в воду.
– Снова двинулось, – отозвался он наконец, чтобы прервать установившуюся тишину. – Что там? Рыба?
– Жаба. Последняя в этом месте. Умирает. Не хочет погибать, но здесь уже нечего есть. А потому уже много дней она подыхает с голоду.
– Захватывающе.
