Джесси пробежалась пальцами по пуговицам его черной рубашки свободного кроя. Она расстегивала их по очереди, не спеша и исследуя Хантера так же, как он исследовал ее. Джесси скользнула пальцами под ткань и, проведя по его плечам, сняла с него рубашку.
— Ты очень красивый, — прошептала она. — Я так испугалась, когда к нам домой пришел тот мужчина и сказал, что ты пропал. Наш папа раньше ходил домой к людям и сообщал, что те, кого они любят, погибли в результате несчастного случая или как-либо иначе. Для него это каждый раз было ударом, потому что напоминало о том, как он нашел маму.
— Что произошло с твоим отцом? — спросил Хантер и сдвинул ее леггинсы вниз, чтобы наклониться и целовать округлый живот, в котором рос их малыш. — Обоих твоих родителей нет в живых?
Джесси кивнула и, запустив пальцы Хантеру в волосы, прижала его к своему животу. Она мягко массировала кожу его головы, радуясь тому, как он постанывал, наслаждаясь ее действиями. Джесси с удивлением обнаружила, что может думать о своих родителях без привычной боли и горя.
— Мама погибла в автокатастрофе, когда мне было десять лет, — прошептала она, гладя макушку Хантера. — Отца убили в первый день, когда твои люди прилетели на нашу планету. Начались беспорядки. Папа позвонил и предупредил нас о происходящем. Несколько часов спустя один из наших соседей, работавший вместе с папой, пришел проверить его семью. Сосед сказал, что папу сбила машина, когда он пытался убежать от взбунтовавшихся людей, — печально продолжила Джесси. — Той же ночью наш район захватили мародеры. Тейлор, Джордан и я выбрались из окна на втором этаже, спустились по дереву и спрятались в старом погребе на заднем дворе.
На несколько долгих мгновений Хантер крепко обнял Джесси, но потом отклонился назад, чтобы снизу вверх посмотреть ей в лицо. За столь короткое время она прошла через столь многое. Он никогда не задумывался о людях миров, куда Альянс посылал войска.
Хантер всегда считал, что если раса отсылает сообщение, то, должно быть, ожидает ответа. Он рос, зная, что в звездных системах проживают другие расы, поэтому для него не было в этом ничего необычного. Впервые в жизни Хантер задумался о том, как подобное известие, должно быть, шокирует тех, кто считал себя одним во вселенной.
— Почему ты спасла меня той ночью? Ты знала, что это опасно. Почему просто не сбежала? — спросил он.
— Я не могла тебе позволить умереть тем способом, какой запланировали эти люди, — призналась Джесси. — Если бы я не смогла тебя освободить, то собиралась убить сама. Никто не должен погибать в таких мучениях.
— Я рад, что ты меня не убила, — с легким весельем ответил Хантер. — Я бы очень расстроился.
— Почему? — непонимающе спросила она.
— Потому что иначе я так и не узнал бы, что значит иметь семью, — признался Хантер. — Семья для воина триватор — дар. Она считается благословлением тем, кто сражается с честью.
— О, Хантер, я тоже рада, что не убила тебя, — прошептала Джесси. — Откинься на спину для меня.
— С радостью, — отозвался он.
Хантер напряг верхнюю половину тела и, подтянувшись выше по кровати, откинулся на подушки. Когда тонкие руки Джесси опустились к поясу его брюк, он задрожал. Хантер стиснул зубы от огорчения, поскольку она слишком долго снимала с него штаны, а потом осторожно вешала их на спинку стула.
— Что теперь? — спросил он; его напряженный член указывал вверх.
— А теперь я займусь с тобой любовью, — ответила Джесси и поднялась на кровать.
Джесси начала ласкать его лодыжки, поднимаясь вверх по ногам, и Хантер скрутил в пальцах одеяло. Нервные окончания просыпались под ее губами, говоря ему, что чувствительность возвращается. К тому времени, как Джесси добралась до внутренней стороны его бедер, он почти потерял контроль. Она продолжала свое чувственное нападение, и ее волосы упали по обе стороны от его бедер и коснулись чувствительной мошонки.
Когда Джесси, наконец, сжала в ладонях пульсирующий член и взяла в рот округлый кончик, Хантер вскрикнул. Словно завороженный, он смотрел, как выпуклая головка исчезает между сладких губ. Этот вид составлял эротическую комбинацию с тем, как полные груди Джесси скользили по бедрам Хантера, пока она двигалась в ритме занятий любовью.
— Ты такая красивая, — простонал он. — Очень, очень красивая.
Он покачивал бедрами вверх и вниз в одном ритме с Джесси. Было так хорошо чувствовать на себе ее рот. Она вырисовывала языком каждый раз, когда достигала самого кончика и посасывала его. Жар ее рта напоминал Хантеру о том, каково это — быть в ней.
— Ты нужна мне, — прошептал он. — На мне. Немедленно.
Джесси нехотя отпустила его. Поднявшись вверх по телу Хантера, она оседлала его узкие бедра. Ей даже не пришлось направлять член. Он был налитым и твердым, поэтому Джесси просто расположилась над ним. Она начала медленно опускаться на Хантера, и оба застонали. Он наполнял, проталкивался между припухшими складками и чувствительными стенками вагинального канала, посылая во все ее тело дрожь.
