- Ты, - ничего, как лечила, так и продолжай лечить, а мне надо немного подумать. Царевну, конечно, немного жалко, но она знала на что шла, когда пела под дудку своего папаши. Иди, сестрёнка и займись своими делами. Страже скажешь, чтобы никого ко мне не пускали до тех пор, пока я сам кого не позову. Чапай думать будет...
... Весь вопрос в том, как относиться к этому похищению царевны, как к акту государственного терроризма, как к праву победителей на насилие побеждённых или как к личному оскорблению, нанесённого мне?
- Эй, стража, пригласите ко мне мою сестру, а также начальника моей охраны и боярина Жана. Пусть зайдут вместе, как только соберутся. Возвращение домой пока откладывается на неопределённый срок....
Через пятнадцать минут все приглашённые на закрытое совещание уже сидели в моём шатре, и я ошарашил Миху и Жана новостью о том, что наследная царевна попала в руки врага, была зверски изнасилована несколькими приближенными императора, а затем куда-то отправлена, скорее всего в его ставку или резиденцию.
- Анна, вопрос тебе, что говорил уцелевший охранник, Мила называла себя царевной или дочерью царя?
- Да, ещё до того, как её скрутили и потащили в кусты, она представилась и просила относится к ней подобающим образом. Более того, обещала крупное вознаграждение, если её доставят к отцу или боярину Страху, а вместо этого бедную девочку по очереди насиловали до самого позднего вечера, а что бы не кричала, рот заткнули куском тряпья. А потом, как я уже говорила, её увезли в неизвестном направлении.
- Жан, бросай все дела и вплотную займись расследованием. Первая информация такая: - кто-то из окружения царя отправил информацию о том, что царевна возвращается практически без охраны к нам; - в наш полевой лагерь обоз не заезжал, а значит из него утечки информации не может быть; - со слов уцелевшего, ты с ним побеседуешь, как только сестра разрешит, напали не простые воины и они специально ждали именно их.
Надо осмотреть место, где всё это произошло, может быть следы подков или обуви остались. Определить, куда примерно могли отправить царевну, хотя я полагаю, что к императору. Установить, по возможности, личности напавших, какого рода, племени и где проживают они или их родственники. Миха, выделишь в распоряжение Жана потребное количество людей из числа моей гвардии. Дружине передать распоряжение - продолжать отдыхать и готовиться к новому сражению. Обоз с трофеями отправить царю, кроме самого ценного, имеется в виду золото и серебро, их будем возить с собой. Телеги оставить солнцеликому, а вот всех лошадей вернуть назад. Устина предупредить, что бы от лишнего груза и телег избавился, проверять буду лично...
2.
Вокруг нашего полевого лагеря на вражеской территории я приказал раскинуть густую сеть сторожевых постов, секретов и мобильных патрулей, - Ни один человек, будь то женщина или ребёнок не должен находиться в зоне ответственности караулов. Все должны быть арестованы и доставлены для опроса в лагерь. Противник не должен знать, чем мы занимаемся и что собираемся делать. С целью дезинформации обозы с трофеями отправлялись в наш полевой лагерь за перевал в сопровождении усиленной охраны, которая уже в лагерь не возвращалась, а заранее разведанными тропами пробиралась в новый район сосредоточения. Подобная предосторожность приносила свои плоды. Только за первый день было задержано шесть лазутчиков императора, которые высматривали и вынюхивали, наблюдали и собирали сведения о наших перемещениях, о составах обозов и их охране, маршрутах движения. Имперцы не стеснялись привлекать для этого женщин, сборщиц хвороста и детей. С лазутчиками и шпионами разговор был короткий - деревьев с крепкими ветками в округе хватало, правда женщин вначале отдавали бойцам для развлечений и только потом вешали. Детей пороли так, что с них кожа слазила лоскутами, а потом отпускали и следили, куда и к кому они пойдут. Так были выслежены несколько семей, которые занимались сбором информации. Их дома сожгли, мужчин повесили, а женщин, после 'профилактической беседы' с парой десятков дружинников отпускали на все четыре стороны. Были даже задержаны пара одноухих, которых при согнанных жителях, посадили на кол.
Через пять дней стали поступать первые обнадеживающие сведения от Жана и его людей. Жители двух деревень за пару медных монет разговорились и показали, что у них действительно гостил небольшой отряд имперских воинов, который чего-то ждал, а потом внезапно снялся с места и отправился в сторону перевала. С их слов было составлено описание всех шестерых, которое подтвердили жители второй деревушки, где этот отряд остановился второй раз на постой, правда их было уже не шесть, а два десятка и из них около десятка лучников. Через эту же деревню потом, в сторону границы, проследовал небольшой крытый возок, но обратно не возвращался.
