Вот так удача полностью

— Хорошо. Что, черт возьми, произошло вчера ночью? — спрашивает она, у нее начинает краснеть лицо.

Несмотря на всю свою досаду, должен признать, что выглядит она очень сексуально, когда… рассержена. Раскрасневшаяся. У меня всплывает какое-то мимолетное видение, но тут же исчезает. Видно выражение моего лица меняется, потому что Джулия вдруг замечает:

— Что? Не хочешь поделиться со мной своими гениальными мыслями, которые пришли тебе в голову?

— Я не знаю, что произошло. Но теперь боюсь, что что-то ужасное, — отвечаю я, оглядываясь через плечо. Еще не хватало, чтобы Эндрюс стал свидетелем нашего заговора в коридоре.

— Почему? Думаешь, я заразила тебя триппером? — вдруг спрашивает она с каменным выражением лица.

— Нет, конечно, нет! Постой-ка. У тебя же его нет, не так ли?

«Мать твою. Прошу тебя, пусть она скажет, что мы использовали презерватив, если занимались сексом. Это единственное, о чем, я прошу».

— Я могу тебе перечислить кучу инфекций, хотя бы, чтобы увидеть выражение твоего лица, — стонет она и потирает переносицу. — Послушай. Давай выпьем кофе и поговорим. Хорошо?

— Хорошо, — соглашаюсь я. — У нас не слишком много времени, — я смотрю на свой телефон, половина одиннадцатого. — У моих друзей свадьба начнется меньше, чем через семь часов.

— Ты можешь не тратить свой день, бегая со мной, знаешь ли? — говорит она, складывая руки на груди.

— На самом деле, — отвечаю я, — я готов.

Потому что, если это видео не врет, я и Джулия Стивенс прошлой ночью чертовски хорошо провели время. И на всякий случай, чтобы убедиться все ли бы законно, я имею ввиду то, что мы совершили, скорее всего в моих интересах выяснить, что же на самом деле произошло.

— Ты думаешь, мы совершили преступление? — спрашивает Джулия, приподнимая вопросительно брови и дуя на свое мокко, улыбаясь. Она даже подпрыгивает на стуле от возбуждения. — О, Боже мой. Это ужасно, типа как «Бонни и Клайд», но у нас не было в завершение перестрелки. Постой. — Она роется в кармане… конечно, у нее на платье есть карман, достает телефон. Корпус телефона такого же странного синего цвета, как и ее татуировка на заднице, которую я видел сегодня утром. По-другому и быть не может. — Вегас, Бонни и Клайд могут оказаться очень даже съедобными для моей новой романтической серии триллера.

— Не могла бы ты сосредоточиться на деле? — я делаю глоток мятного чая. Я не пью кофе, выпиваю только одну чашку утром. Я не люблю быть зависимым от чего-либо. — Купание нагишом в фонтане может оказаться наименьшим из зол. Если мы потеряли контроль, и об этом узнают другие, это может нанести ущерб нашей карьере.

— Скорее всего твоей, о Великий Адвокат По Разводам. Мои поклонники с большим удовольствием все это проглотят. Они думают, что я сама прошла через эти дикие, романтические любовные похождения, которые описываю в своих книгах.

Но Джулия на самом деле чувствует себя не такой уж легкомысленной, несмотря на свои слова. Она прикусывает губу, что говорит о ее нервах. Я смотрю на ее губы, полные, мягкие и нижняя губа выглядит очень аппетитно.

«Не позволяй своему члену взять над тобой верх, Векслер. Пока эта девушка не принесла тебе ничего, кроме разочарования и похоже судимости».

— Давай начнем с тебя. Последнее, что ты помнишь? — спрашиваю я и беру бумажную салфетку, достаю свою ручку из кармана пиджака, приступая к работе. При обсуждении методов и стратегий с клиентами, я обычно набрасываю план. Мне помогает, когда я вижу перед собой определенную схему.

Джулия стонет.

— Я тебя не помню. Это настоящий позор, — она опускает подбородок на руку. — Вероятно с тобой было хорошо, судя по видео.

Черт, как мне реагировать на ее слова?

— Мы не видели выражения наших лиц, — наконец отвечаю я. Откашливаясь, продолжаю. — У нас не было никакого способа получить ответную реакцию друг от друга.

— Да, но язык твоего тела, могу тебе сказать, говорил о том, что ты был очень возбужден, — она ухмыляется и жует миндальное бискотти.

«Если бы мне не нужно было точно быть уверенным, что я никого не убил… Все в порядке, Нейт. Тебе придется держаться рядом с ней, пока ты не восстановишь все события вчерашней ночи. Потом уйдешь».

— Давай сначала. Что ты помнишь? — спрашиваю я. Видимо, я обращаюсь с ней слишком по-деловому, потому что она вздыхает с досадой.

— Вау. Расслабься, Нейт. Я так же переживаю, как и ты, — она хмурится.

— А со стороны кажется, что ты совсем не переживаешь, потому что я пытаюсь составить план действий, а ты бесконечно шутишь, — головная боль возвращается, и начинает постукивать, как уйма маленьких молоточков.