Еще 24 мая было решено перевести по крайней мере одну из авиагрупп истребителей, I./JG27, в только что захваченный Сент-Омер, где она располагалась бы близко к фронту. В назначенное время штабное звено, ведомое командиром эскадры оберст-лейтенантом Максом Ибелем, стало заходить на посадку. Вот что он докладывал:
В период 25–27 мая практически все подразделения, оснащенные Bf-109Е, были передислоцированы по возможности ближе к фронту.
В течение этого времени французская авиация попыталась восполнить потери и перегруппировать свои подразделения, а также немного изменить систему противовоздушной обороны. В сложившейся ситуации опасность грозила самому Парижу. Это привело к концентрации истребительных частей непосредственно вокруг столицы Франции.
Чтобы защитить стратегически важные военные объекты, были образованы подразделения объектовой ПВО – DAT (Défense Aérienne du Territoire). Было сформировано по крайней мере 27 таких подразделений[130]. В их состав вошли не только французские, но и польские, бельгийские и чешские летчики. Однако их роль не стоит преувеличивать. В большинстве случаев подразделения DAT были в намного более трудном положении по сравнению с фронтовыми частями в вопросах пополнения техникой и снабжения. Они не имели никакой сети раннего предупреждения о налетах и очень часто поднимались в воздух, когда немецкие самолеты уже наносили авиаудар, и, естественно, эффективность противодействия им со стороны DAT была минимальной. Успех появлялся лишь тогда, обычно случайно, когда с противником они сталкивались во время боевого дежурства в воздухе в зоне своего объекта.
27 мая в Дюнкерке началась полномасштабная эвакуация экспедиционных войск англичан. Огромный флот, преимущественно из небольших судов – эсминцев и торпедоносцев, тральщиков, буксируемых барж вместе с бесчисленным количеством частных яхт и моторных лодок, – начал пересекать Ла-Манш.
Их вид наводил печаль. Вице-адмирал сэр Бертран Рамсей, руководивший операцией из Дувра, рассчитывал управиться за два дня, пока немцы не прорвут оборону вокруг Дюнкерка. За это время он надеялся своим «комариным флотом» выдернуть в лучшем случае 45 тысяч человек из этого адского котла.
С наступлением рассвета 27 мая казалось, что все эти британские надежды перечеркнуты. Налеты люфтваффе превзошли наихудшие опасения. Уже с первыми лучами солнца группы бомбардировщиков Не-111 были над головой, а их бомбы, взрываясь, ярко освещали все окрестности. Поток самолетов не прекращался. После авиа удара KG1 «Гинденбург» и KG4 «Генерал Вефер» начался налет «Хейнкелей» из KG54 «Тотенкопф», который добавил новых пожаров в доках, а рядом с длинным восточным молом раскололся пополам французский транспортный корабль «Аден». До 7.11 удары наносили бомбардировщики 2-го воздушного флота с авиабаз в Западной Германии и Голландии.
Затем настала очередь «Штук». К этому времени акватория возле Дюнкерка кишела кораблями всех видов. Выбирая те, что крупнее, экипажи Ju-87 отде лялись от группы и нажимали на рычаг сброса бомб, снизившись в пике до высоты 500 м. Вниз со свистом летели 500– и 1000-кг бомбы замедленного действия. Хотя было очень много промахов благодаря увертливости кораблей, попаданий тоже было достаточно. Среди затонувших был французский войсковой транспорт «Кот де Азур».
Следом его атаковали «летающие карандаши» Do-17Z из KG2 «Хольцхаммер» и KG3 «Блиц». Они прилетели из дальнего региона Рейн – Майн, а отыскать цели им помогли столбы черного дыма, восходившие к небу от горящих цистерн с нефтью. Под всем этим дымом от пожаров и пылью от рушащихся зданий город было трудно различить, потому что все больше бомб падало в эту преисподнюю.
В полдень британские войска начали эвакуацию города и района гавани. Адмиралу Рамсею сообщили, что уже невозможно вести посадку на корабли с изуродованных бомбами причалов. Ее придется делать с открытых пляжей между Дюнкерком и Ла-Панне, где не было пристаней или погрузочных устройств, а сам процесс пойдет много медленнее.
Действия своих истребителей подвергли жесткой критике оба противника. Вице-адмирал Рамсей докладывал:
