- Мы дружили с детства, я и твоя мама. Наташа всегда была мне как сестра. Если я была взбалмошной девчонкой, могла подраться с мальчиком или нахамить, то твоя мама была полной моей противоположностью. Наверное, мы дружили только потому, что она была слишком добра, чтобы оставить меня одну, - тётя грустно улыбнулась. - Мы вместе пошли в институт. Там и встретились с Сергеем, твоим отцом. Он всегда был такой добрый и надёжный. И они с Наташей сразу нашли общие интересы и начали проводить много времени вместе, - она поставила чашку на стол и, казалось, разговаривала сама с собой, полностью погружаясь в собственные мысли. - Я честно пыталась влезть в их компанию, прикрываясь тем , что мне тоже интересна вся эта их благотворительность. Но на самом деле мне безумно нравился твой отец. Закон подлости, я влюбилась в того, кому не нравились такие, как я. Был один выход - измениться, и я старалась. Я старалась стать добрее и отзывчивее к людям. Чтобы он хотя бы заметил меня. Но я всегда оставалась третьей лишней. И мне было ужасно больно, когда ко мне прибежала Наташа и, прыгая от счастья, сказала, что теперь встречается с Серёжей. Я начала ненавидеть её. Мне до сих пор так стыдно за те чувства, которые я тогда позволила себе в отношении к Наташе. Она ведь ни в чём не виновата. Так я и дружила с ней.
Она вздохнула: - Медленно сгорая от зависти. Конечно, у меня была своя личная жизнь и, как видишь, сейчас я замужем и у меня трое детей. Но тогда мне было очень тяжело смириться с выбором Серёжи. Когда я в последний раз видела твою маму, я наговорила ей того, о чём жалела и не один раз. Но больше её я не видела. И тогда я поняла, что единственное, чем я тогда могла помочь, это помочь тебе не чувствовать такой сильный недостаток внимания. Я хотела заменить тебе мать, но это не вышло. Со временем чувства к твоему отцу ушли, а вот чувство вины осталось.
Она грустно посмотрела на меня:
- Наверное, сейчас ты меня ненавидишь и жалеешь о том, что пришла.
- Почему? – мой голос был такой тихий, что я сама его еле слышала. - Потому что вы позволили себе любить?
Я подошла к ней и обняла, она обняла меня в ответ, плача.
- Прости, прости меня. Моя маленькая девочка. Я так виновата перед тобой и твоими родителями, - я гладила её о спине. Ведь всё было в прошлом, и её ненависть к маме, и любовь к папе. Так почему сейчас она должна страдать, имея свою семью? Тётя отпрянула от меня. - Что-то я распереживалась.
Она вытерла слезы и попыталась улыбнуться. Я хотела ответить ей улыбкой, но у меня ничего не вышло. Ведь я не узнала, куда могла бы уехать мама.
- Я тогда пойду, а то меня ждут, - мне стало неловко.
- Подожди секунду, - тётя вскочила и через несколько минут протягивала мне маленький листочек.
- Что это?
- Я не знаю, когда она уехала, но тут она некоторое время жила перед отъездом. Может там что-нибудь разузнаешь.
Я обняла тётю Таню и, поблагодарив за помощь, пообещала, что скоро навещу её, на что она ответила, что будет ждать.
Когда я вышла из маленького коридорчика, застала такую картину: Ник сидел в кресле, а на подлокотнике этого кресла сидела Настя и о чём -то бурно рассказывала Зимову. Я прошла мимо и вышла на улицу. Следом за мной вышел Ник.
- А ты тут что делаешь? Почему оставил Настеньку одну? - он усмехнулся и открыл машину:
- Ревнуешь?
- Нет.
- Ну, да,- он усмехнулся и сел в машину. Я следом. - Что-нибудь узнала?
- Да. В отличие от тебя, - я показала ему листочек с адресом.
- Я тоже, между прочим, кое-что узнал, - он завёл машину.
- Что? Что делает Настя сегодня вечером? Или…
- И это тоже. Но, - он выделил интонацией "но". - Я узнал кое-что ещё.
И указал мне на папку, которую бросил на заднем сиденье.
- Что это? - я взяла её в руки и начала листать.
- Это документы, в которых написано, с какими фирмами сотрудничала твоя мама и в каких акциях принимала участие, а так же её так называемые командировки. По этим данным мы можем посмотреть, чем преимущественно она занималась и куда имела возможность поехать, не имея на это больших средств, - рассказывал Зимов, не отрывая взгляда от дороги. Я очень обрадовалась и чуть от радости не обняла Ника.
- Так что, ты мне помогаешь? - я аккуратно положила папку и листик с адресом в сумку.
- Да, как видишь, - он улыбнулся.
- Зачем?
- Потому что мне скучно.
- Да ну, - я усмехнулась.
- Завтра ровно два года, как умерла Ева.
Я замерла.
- Нет, я не жду сожалений, или что ты начнешь жалеть меня. Просто у меня будет к тебе просьба, - он остановил машину на светофоре.
- Какая?
- Можешь сходить со мной завтра на кладбище? - спросил он. И теперь я уже не видела перед собой самоуверенного Никиту, я лишь смотрела в его синие глаза, в которых читалось отчаянье вместе с надеждой.
