– Увы, мне больно огорчать вас. С мистером Джоном Хоупом я действительно имел короткий и не особо приятный утренний диалог, в результате которого мы поспорили на некую сумму. Я мог бы забрать себе выигрыш, только если бы нашёл и представил полиции убийцу его брата.
– Не-е может быть!
– Наш спор засвидетельствовал инспектор Хаггерт из Скотленд-Ярда. Кстати, уверен, что именно он сейчас и стучит в нашу дверь. Шарль?
– Уже иду открывать, месье.
Пару минут спустя к нашей компании присоединился крупный мужчина с широким лицом. Инспектор был в мундире, при орденах, бакенбарды расчёсаны, усы закручены вверх, в глазах охотничий азарт. Видимо, он внимательно прочёл записку моего учителя и наверняка предпринял все меры, чтобы выглядеть максимально солидно.
– Ренар, Майкл, мисс… – вежливо, но без подобострастия и лишнего пыла поклонился он.
– Мисс Мериносес, – представил юную овечку Лис. – А это небезызвестный инспектор Хаггерт из Скотленд-Ярда. Уверен, вы не найдёте второго такого слугу закона, более преданного, порядочного и благородного человека. Я имею честь называть его своим другом.
Они обменялись крепким мужским рукопожатием, после чего наш гость, сев в моё кресло, принял из рук дворецкого крепкий кофе. Он всем видом старался подчеркнуть своё высокое положение и показать, что на работе не пьёт.
– Что ж, вам удалось выяснить причины смерти Джона Хоупа?
– Да, благодаря вашей информации Гавкинс заблаговременно прибыл на место и обнаружил племянника рыдающим над телом дяди. Несчастный был застрелен через распахнутое окно в комнате на первом этаже со стороны внутреннего двора.
– Пневматика или электрическое оружие?
– Сержант поставил бы на револьвер «смит энд вессон», но точные данные даст судебный медик.
Глаза экономки расширились так, словно она увидела перед собой пастуха с ножницами для стрижки овец.
– Оружие, конечно, не было обнаружено? – Лис встал и вытащил из ящика стола чёрный револьвер. – Проверьте его, уверен, что калибр подойдёт и царапины на пуле окажутся идентичными. А пока мы ждём нашего дорогого Гавкинса, я предложил бы вам преинтереснейшее чтение. Мальчик мой?
Я послушно вскочил, передавая инспектору запись показаний мисс Мериносес. По мере чтения брови его то взлетали вверх, то едва не ломали переносицу. На последнем абзаце он решительно отставил в сторону недопитый кофе и грозно зыркнул на Шарля.
Наш дворецкий невозмутимо выдержал удар, всем видом давая понять, что подчиняется лишь слову хозяина дома. Мистер Ренар рассеянно кивнул, и минуту спустя перед инспектором стоял стакан бренди.
– Господи боже мой, что за бабская хрень?!
– Полегче, полегче, друг мой, в доме юная леди.
– Мисс, а вы вообще понимаете, во что вляпались всеми четырьмя копытцами? – не обращая внимания на протесты моего наставника, продолжил орать Хаггерт. – Вы в курсе, что даже за неудачную, но осознанную попытку покушения на убийство я обязан отправить вас в тюрьму? Что если бы вы только ранили консультанта Скотленд-Ярда, то, возможно, даже за это попали бы на виселицу? Что если следствие докажет связь этого револьвера с тем, из которого убили вашего работодателя, то вам гарантированно не избежать петли?!
– Не кричите на неё, сэр, – невольно вмешался я. – Разве вы не видите, она влюблена!
Инспектор открыл было рот, чтобы заткнуть его мне, потом поймал красноречивый взгляд Лиса, шумно выдохнул через нос, салютовал стаканом в сторону опустившей голову овечки и вылил остатки бренди себе в глотку, словно ведро воды в жестяную ванну.
Ньютон-шестикрылый, раньше я считал, что так пьёт только моя бабуля да грубая матросня, сошедшая на берег после годового плавания, но никак не интеллигентные люди. В двери вновь постучали, и дворецкий присоединил к нашему благородному обществу ещё пару гостей. Строгий и подтянутый доберман Гавкинс, в мундире, шлеме и плаще. Рядом с ним застенчиво мялся молодой худощавый парень в недорогой, но приличной одежде, немногим старше меня, смазливое лицо, короткие кудряшки, ранние залысины, длинные ресницы.
В общем, жутко напыщенный, скользкий и противный тип! Не знаю, почему я так решил, не спрашивайте, просто показалось, было в нём что-то такое невнятное, но…
– Мисс, джентльмены, позвольте представить вам жертву, – кратко рявкнул сержант. – Я застал его рыдающим у трупа дяди. Ни оружия, ни повода, но его показания дают возможность предположить, что во всём виновата экономка. Некая Мериносес…
– Сливки? – вежливо уточнил Лис.
– Я на службе.
– Принято, дружище! Шарль, двойные подогретые сливки для сержанта! И, видимо, ещё один стул. Не будет же краса и гордость нашей полиции лежать пузом вверх на коврике у камина. Или будет?
– Ренар, я тебе глотку перегрызу-у… – мгновенно завёлся доберман, которому всегда было нужно меньше двух секунд для вспышки эмоций.
Я резко пожалел, что моя электрическая дубинка находится в лаборатории, но сержант не смел показать зубы без разрешения непосредственного начальства.
– Представьтесь, молодой человек, – тихо потребовал инспектор.
