Смотря на их недовольные, даже во тьме рожи, я подумывал, как мне создать железную дисциплину, среди ленивых и вероломных представителей своего племени. Решение, к сожалению, было только одно — исключительно репрессивные меры, изредка подкреплённые вкусным кусочком чего-либо. Это «чего-либо», было — комфорт, вкусная еда, женщины и власть.
Но властью, я не собирался делиться ни с кем. Дай, только кому-нибудь попробовать и потом беды не оберёшься. Каждый захочет и себе кусочек. Власть, она цельная и по кусочкам не раздаётся, так что здесь, как и наверно в любом обществе, ею делиться не принято.
А вот ответственность…, этим я собирался делиться с моими неграми в полном объёме, щедро и с радостной улыбкой. Подкрепляемые, ударом моего копья и русским матом, который я ещё не забыл, а негры не понимали, но чувствовали. Я смог выполнить задачу до наступления утра
С первыми лучами солнца яма была выкопана, и мы приступили к её маскировке. Чтобы подбодрить уставших воинов, я временами, громко восклицал, сколько мяса мы получим, и как его мы будем жарить, парить и варить. Щедро делясь всеми рецептами, которые я знал.
Мои проникновенные рассказы, о всяких вкусностях, вызвали обильное слюноотделение у моих воинов и изрядно их замотивировали на дальнейшую работу. Тщательно замаскировав ловчую яму, мы все спрятались, отойдя подальше от зарослей. Я бы не сильно удивился, если бы обнаружил, что как минимум половина моих воинов, снова бессовестно спит.
— Да я и сам очень хотел спать, но держался. Ибо, если не я, то кто?
Бегемоты, как назло, устроили с утра утренние процедуры, не собираясь идти кормиться. Видно были не голодными или решали свои семейные проблемы. Наконец, ближе к обеду, они изволили вылезти на берег и спокойной походкой направились в сторону позднего завтрака. Впереди шёл самец, сзади него две самки с детёнышами, последним шёл тоже самец, но более пожилой.
Не знаю, как и почему, но в ловушку угодил, самый старый из них, тот, который шёл последним, остальные благополучно её миновали. Вот что значит, предсказуемость и приверженность к одним и тем же маршрутам. Тонкие ветки, присыпанные сверху пылью и свежими листьями, под тяжестью гиганта провалились, и бегемот рухнул в яму на остро заточенные колья, установленные мной минувшей ночью.
Рёв убиваемого, был наверно слышен в деревне и по всей реке. Медленно кружившие в синем небе грифы, вздрогнули от крика и роняя на землю огромные капли своего помёта, унеслись далеко в сторону, работая широкими крыльями, вдвое чаще обычного.
Спящий далеко в саванне лев, вздрогнул и проснулся, насторожил уши в сторону рёва, шума и треска, издаваемого носившегося кругами вокруг несчастного, стада бегемотов.
Поняв, кто издаёт столь громкий рёв, он увёл свой прайд дальше в саванну, чтобы не нарваться на неприятности. Всё стадо бегемотов, сначала помчалось на выручку, а осознав, что их родич попал в хитрую и смертельную ловушку — взбесилось и стало носиться кругами вокруг неё, безжалостно втаптывая в африканскую землю всё подряд.
Хорошо, что всех воинов и себя самого, я отвёл подальше, и сейчас сам, поневоле смотря на разъярённых гигантов, порадовался, что не надел в поход свои шорты, а только набедренную повязку, что не мешала мне выражать свои эмоции страха.
Другие же не стеснялись и даже посерели (аналог нашего — побелели) от страха, но вскочить и убежать, никто не рискнул. Так все и лежали на земле, наблюдая, как носятся разъярённые животные.
Наконец вожак вспомнил о своём родительском инстинкте и отправил самок с детёнышами к воде, а сам снова попытался помочь своему раненому сородичу, который околевал от кольев в своём брюхе. Колья пробили ему толстую шкуру под его весом. Но помогать ему было бесполезно.
Осознав то, что он ничем не сможет помочь, вожак бросился опять искать убийц. Но мы хорошо спрятались. Наконец, он устал и успокоился, и медленно побрёл к воде. Но нам было нужно ещё время, чтобы разделать бегемота без проблем и ненужной суеты, а стадо могло в этом нам помешать и значит, его надо было отвадить от этого места.
Травы кругом выросло много и дальше по руслу, и вверх по течению, так что, нечего здесь им кормиться. И я приступил к следующему действию. По моей команде, все лучники, что у нас были, встали и открыли огонь по бегемоту. Болезненные попадания стрел по его телу, заставили его развернуться и снова побежать на нас. Но мы бросились врассыпную и бегемот, растерялся и не знал, за кем ему бежать.
Остановившись, каждый из лучников, продолжил процесс и снова стал забрасывать стрелами могучее животное. Ещё пару раз бегемот бросался в атаку, но от него убегали, а он уже изрядно устал, чтобы носиться с такой же скоростью, как и в начале охоты.
