Амулет пылал ярким малиновым огнем. Древняя эльфийская вязь заиграла на стенах. И хватка ослабла. Совсем немного. Но этого хватило на то, чтобы мозг заработал в бешеном режиме, извлекая из глубин сознания, неведомо, как угодившее туда заклинание.
Прыгнул на ноги, с пальца сорвалась искра, и пламя свечи осветило его просторное жилье.
Купава с мертвенно бледным лицом, сжалась в тугой комок. Из уголка губ стекала тонкая струйка крови.
Лобастый растянулся у стены. Глаза мутные, язык вывалился из пасти. С ними потом.
Вылетел в коридор с ножом в руке и со стуком распахнул двери в жилье принца и Веселина.
Веселин ворочался на полу, пытаясь подняться. Поднял на него мутный взгляд, замотал, мыча, головой, словно пытаясь прогнать похмельную одурь.
Эльф, бледный, как сама смерть, застыл напротив дверей с мечем в руке.
Хлопнул дверью и прыгнул в комнату Войтика. Друзьям, видимо, досталось еще сильнее. Но и они уже приходили в себя.
Толян поднял на него взгляд, пытаясь сосредоточить на нем глаза.
-Достал, отморозок. – Сплюнул кровавую пену. – Кончать его надо по быстрому.
Голос хриплый, невразумительный. Но мысль бежит в правильном направлении.
С гномом тоже уже все в порядке. Шерсть от макушки до кончика бороды вздыбилась, глаза заливает кровь. Но руки уверенно сжимают топор.
Щир, впервые попавший в такую переделку, был плох. Глаза закатились под лоб, зрачков не видно. На лице выступил пот. Тело изломала судорога. Зубы стиснул так, что губы посинели. Дыхание с трудом вырывается из груди.
Стас зачерпнул ковшом воды из бадьи и плеснул в лицо. Первая медицинская помощь, важнейшее дело.
Губы десятника с трудом разжались, и из груди вырвался глухой болезненный стон. Перевернулся на живот, попытался встать на четвереньки. И рухнул с лавки на пол.
-Копошится, значит жить будет. – Определил Стас, чувствуя, как суматошно колотится сердце в его груди. – И может быть даже до самой смерти.
Припомнил он Толянову фразу.
Щир еще повозился и утвердился сидя, привалившись спиной к лавке. И бессмысленно таращил на них свои глаза. Борода и усы вымокли со, стекающей с лица, воды.
В коридоре его поджидало помятое, но уже бодрое войско.
-Толян, кувшинчик вина. И живенько! – Распорядился он. – Прошу ко мне, господа мои. Уснуть уже вряд ли получится. Но, впрочем…
На «впрочем» войска не клюнули и дружно вломились вслед за ним в комнату, где их встретила Купава в полном боевом наряде и сконфуженный Лобастый.
Мечи аккуратно прислонены к стене так, чтобы рука в любой момент могла дотянуться до них. Лук и стрелы на лавке. Рука под волчовкой на рукоятях ножей.
Последним прошел в комнату гном и втащил за собой Щира.
Толян обернулся быстро. Со стуком поставил кувшин на стол и тут же расплескал его по чаркам.
-Сейчас бы по стакану водки накатить для восстановления рассудка. А это… - и он презрительно махнул рукой.
Выпил, мазнул тыльной стороной ладони по губам и тут же налил вторую...
Испытанное лекарство возымело действие.
-Командир, я вот о чем подумал.… Пасет нас этот черный гад. В наглую пасет. Даже противно.
-Кто бы сомневался…
-Кто как, а я на боковую. Все равно из башки все мысли, как поносом вынесло. Войтик, ты как?
И повалился на пол, пристроив голову на кулак.
Войтик поскреб пятерней затылок и, обнаружив, что и его мысли унеслись по тому же адресу и в том же порядке, что и у Толяна, пристроился рядом с другом.
Веселин уже в полном боевом наряде, прикидывал под каким благовидным предлогом перевести Лобастого в коридор. Стас безошибочно догадался о его затруднениях и остановил его, решительно приказав.
-Спать, Веселин. Не думаю, что он до утра еще раз попытается нагрянуть к нам с визитом. Бери пример с этих двух ребятишек.
И указал рукой на Войтика с Толяном.
Гном, скорбя душой по славному элю, лихо забросил в рот третью порцию вина и пристроился на топоре.
Эльфу досталась лавка Купавы.
В жилище Стаса воцарилась тишина.
И только Щир, сидя на полу в углу, бессмысленно щурил глаза, пытаясь разобраться в событиях ночи. Да Купава вздыхала, в тайне вынашивая план мести бесстыдному Толяну и, заодно, Войтику, нахально развалившимся, на полу.
Последним сон сморил Стаса.
Проснулся оттого, что солнечный лучик беззастенчиво щекотал его лицо, пытаясь пролезть за повязку к его глазам.
Рядом тихо спала Купава, которая, наверняка бдительно охраняла его сон от невидимого и от того еще более коварного ворога.
Осторожно спустил ноги с лавки и бесшумно поднялся.
В комнате было пусто. Подошел к крохотному оконцу, затянутому бычьим пузырем. Но с тем же успехом можно было подойти и к стене.
Не скрипнув половицей, не брякнув дверями, вышел в коридор и спустился по узкой лестнице в трактир. Но и в трактире вопреки ожиданиям, друзей не обнаружил.
Хозяин услужливо, со всех ног, припустил ему навстречу. Стас остановил его движением руки.
-Позднее, мой друг. Дева – воительница еще не проснулась.
И не торопясь, вышел на крыльцо.
