— Скажи, что тебе не понравилось, и я больше так не буду, — пообещал в каком-то дурацком порыве Лудде, прекрасно понимая, что если Йерк радостно уцепится за эту возможность, выполнить сказанное никак не получится — он так хотел обладать этим телом, что вряд ли смог бы удержаться хотя бы от попыток.
Йерк вдавил кончики пальцев так сильно, что Лудде зашипел сквозь зубы:
— Мне нравится, когда меня берут, и ты прекрасно это понял, — проговорил вождь.
Йерк смотрел с вызовом, и вообще выглядел так, будто с большим удовольствием поколотил бы Лудде. Просто за то, что заставил признать вслух то, что вождь собирался замолчать.
— Ага. А еще я понял, что тебе не нравится то, что тебе это нравится. А я как бы в этом виноват.
— Если бы ты на меня не накинулся…
— То что? Сам же ты бы никогда не признался. И чего?
Лудде прекрасно представлял себе, каким могло бы быть их первое соитие: сам он от чужого отростка в своем заду никогда в особом восторге не был. Потерпеть, конечно, можно. И даже какое-то удовольствие получить. Но это ни в какое сравнение не шло с тем восторгом, пекущим в груди жаром, что он ощутил, входя в Йерка. Очень сердитого на него теперь только за то, что сделал ему хорошо. Лудде поглядел на любимого с укоризной, тот дернул ртом и, оскалившись, прорычал:
— Заткнись! Все! Не хочу об этом говорить! Давай уже!
Йерк резко раздвинул сведенные до того ноги и хлопнул ими по бокам Лудде, красноречиво показывая, чего он от него ждет. Того не пришлось просить дважды.
========== -3- ==========
Пока взрослые веселились и отплясывали, Пал все приглядывался к мальчишкам и парням чуть постарше, пытаясь рассмотреть, у кого котелок варит лучше, чем у других. Хотя как тут рассмотришь? Детишки всех возрастов с гиканьем бегали вокруг взрослых, путались под ногами, те, что постарше, выклянчивали глоток настойки. Некоторые дудели или помогали барабанщикам отбивать ритм, кто-то пританцовывал и хлопал в ладоши… Kак тут поймешь — соображает или нет? Пал вздохнул. В своем племени ему потребовались годы для того, чтобы набрать и кое-как обучить пяток парнишек. Сколько же это займет здесь?
Пал рассеянно улыбнулся подбежавшему подростку и помотал головой на просьбу дать кувшин — в его сосуде была не настойка, веселящая сердце, а зелье, дающее спокойствие уму. Пал подумал, что еще несколько суток можно позволить себе ее принимать, а потом придется сделать перерыв… сколько их еще будет — дней, прожитых в чужом племени? А все по воле Госты. Пал поморщился — отец, конечно, отчудил. Взял и уехал, даже не попрощавшись. Это… кольнуло. В принципе, Пал его понимал: старик наверняка был счастлив, что все так удачно сладилось. Племя переживет глухой сезон, никто из детей не умрет с голода, конечно, ради этого можно было пренебречь душевным спокойствием младшего сына. Но обида, как себя не уговаривай, оставалась.
Одно хорошо — Лудде рядом. Он не даст Пала в обиду. Да и Йерк настроен миролюбиво и благожелательно, чего сложно было ожидать от вечно напряженного и вспыльчивого вождя.
Праздник шел своим чередом, от гама и всеобщего мельтешения у Пала разболелась голова. Поднявшись, он начал проталкиваться в сторону менее оживленного места, намереваясь уйти в тот дом, в котором провел последние дни. Этот дом — не тот, где он развесит пучки трав и любовно сложит горшочки для зелий. Тот он еще не выбрал — позже, когда утомленные Йерк и Лудде выползут к людям и будут принимать поздравления и выслушивать шуточки — если, конечно, найдутся смельчаки. Краем глаза Пал заметил Ноака, который заливисто смеялся и преданно заглядывал в глаза какому-то парню. Тот воспринимал ужимки парнишки весьма прохладно. Пал хмыкнул — на его взгляд Ноак был еще слишком юн для подобных заигрываний. Вот через пару лет он, пожалуй, будет очень даже ничего. Жаль, что вредный характер никуда не денется.
— Эй, ты ведь Пал? — незаметно подошедший воин, если судить по внушительному мачете на поясе, смотрел хмуро и хранитель насторожился, но все равно кивнул.
— Ох, хорошо, что я тебя нашел, а то бы Йерк шкуру содрал… — некрасивое, пересеченное шрамом лицо исказилось в улыбке. — Mеня вождь к тебе приставил. Сказал: «Cлушай его, как меня, везде за ним ходи, следи, чтоб не обижали». Вот. Ты это… куда? Я — с тобой. Меня Дагер (9) зовут, если тебе интересно.
Произнеся эту короткую речь, мужчина выжидательно уставился на Пала.
— А я… спать хочу. Меня в том доме поселили, я туда, — махнул рукой хранитель.
Его неожиданный подчиненный кивнул головой и невозмутимо потопал вслед. В помещении Дагер деловито осмотрелся, кинул шкуру на утоптанный пол и устроился с явным намерением спать прямо там. Пал подавил неуместную неловкость — хочет Дагер вертеться на жестком полу - пусть, и, приняв очередную порцию зелья, устроился на достаточно удобной постели.
