Луле — маленькое племя. Несмотря на старания Госты они все время на грани вымирания от голода. Каждый член племени должен приносить ему пользу, лишние рты — не нужны. Слабых травят и задирают. Тихому, задумчивому Палу тяжело жилось в собственном племени. Потом, когда его назначили хранителем, насмешки прекратились, но особой любви среди односельчан парень не вызывал. Саамы — иное дело. Здесь сразу прониклись благоговением к серьезному молодому человеку, столь умелому в своем деле.
— Знаешь, а мне вообще нравится как у тебя здесь все устроено. Этот женский дом — замечательная штука! — весело произнес Лудде, тыкая пальцем в направлении вышеуказанного строения.
— Да? — с подозрением переспросил Йерк. — Он весь замечательный или кто-то конкретный внутри — замечательный?
— Ах, ты такой ревнивый! Мгновенно заводишься! — промурлыкал Лудде.
— Так, пошли-ка побродим, — угрожающе проворчал Йерк, Лудде закивал, уверенный, что вождь затевает «брожение» только для того, чтобы потискаться где-то вдали от любопытных глаз соплеменников.
Йерк шагал и шагал, сосредоточенный и отстраненный, Лудде начал подозревать, что муж действительно хочет поговорить о чем-то. Возможно, не самом приятном.
— Лу, я не хочу еще одну жену. И не хочу, чтобы ты смотрел на женщин, хотя никак не могу придумать, как этому помешать…
— О… но Йерк, если у тебя не будет еще одной жены, откуда же возьмутся дети?
— Да ну их…
— Это ты сейчас так говоришь! Пройдет время и ты захочешь!
— Почему ты так уверен? — удивился вождь, останавливаясь и поворачиваясь к Лудде, чтобы видеть его лицо.
— Ну, так говорят. Со временем это происходит почти со всеми мужчинами.
— Вот если вдруг захочу, тогда и возьмем кого-нибудь… только я все равно не дам тебе ее касаться!
Лудде с тщательно скрываемой усмешкой смотрел на сверкающего глазами вождя — открыто забавляться бурной ревностью Йерка он бы не решился, опасаясь вызвать одну из его знаменитых вспышек.
— Ох, ладно. Не больно-то и хотелось, — заметил юноша, пожимая плечами, надеясь что это немного умиротворит зеленоглазого зверя, терзающего мужа (11).
— А ты… хочешь детей?
— Наверное. Но могу и обойтись. Пока что никакого непреодолимого желания не ощущаю.
— Если вдруг… найдешь кого-то… ну, для детей. Ты мне скажи. Я должен знать.
Лудде хмыкнул: подобное заявление вряд ли принесет ему здоровье.
— Хорошо. Обязательно.
— А в этом вашем женском доме…
— Мы просто сидим, болтаем и готовим еду. Ну, в основном готовят остальные, а я воду ношу, всякое такое тяжелое. А потом мне дают уже готовые лепешки, вот.
— Понятно… Лу, может ты лучше будешь больше времени проводить со мной, чем в этом дурацком доме?
— А кто тогда еду будет готовить? — удивился Лудде.
У саамов все было устроено разумно — холостякам женщины пищу носили, но тем, у кого уже есть супруга, она и должна готовить. Конечно, молодому парню и самому не слишком нравилось проводить день с женщинами, выслушивая их бесконечные истории. Хотя иногда это и было забавно, ему скорее было по душе бродить по лесу в поисках добычи или готовиться к очередным боям. Он объяснил Йерку, что с большим удовольствием занялся бы всякими мужскими делами вместе с вождем, но… а кто тогда сделает женскую работу?
— У меня есть решение! — произнес донельзя довольный собой Йерк. — Я вождь и люди приносят мне часть урожая и своей добычи, потребляю я немного, остается достаточно. Хватает и на Ноака, и на… кое-кого еще. Я там, иногда помогаю.
Лудде кивнул — он знал, что вождь хранит запасы в отдельностоящем строении и иногда достает оттуда понемногу, чтобы отдать тем, кто нуждается.
— И если я попрошу кого-нибудь из женщин готовить за небольшое вознаграждение, думаю, мне не откажут.
— Хорошая мысль!
Женщина нашлась очень быстро, и вскоре Лудде почти все время начал проводить подле Йерка, занимаясь привычными мужскими делами.
Не обошлось без шероховатостей: несколько не слишком умных воинов пошутили что-то насчет женщины среди мужчин и уж тут-то знаменитый буйный норов вождя проявился на полную, так что саамы быстро поняли — подтрунивать над «женой» вождя — вредно для здоровья. Было еще несколько случаев: уже другие не особо разумные личности подлавливали Лудде, когда он был один. Почему-то то, что юноша — умелый боец не было принято в расчет. Лудде, с удовольствием размялся, не нанося, впрочем, тяжелых повреждений. Убедившись, что парень, несмотря на статус, не утерял навыков воина, его оставили в покое и даже приняли в свой круг. Все-таки сильные мужчины всегда в почете.
***
Вернулись посланцы, ходившие в деревню луле. Госта передал, что не может оставить племя. Сославшись на дела, он пожелал своему сыну счастья.
Пал молча выслушал, поклонился и ушел к себе в дом.
А вечером к Йерку заглянул Ноак:
— Пал расстроился. Пришлось поить его зельем. Спит. Лу, чего он, а? Я не понимаю, а он ничего не говорит. Отмалчивается. Ты знаешь, Лу?
Лудде вздохнул, с сожалением откладывая недоеденную лепешку, и ответил:
